Расхитительницы замка

Самая старая жительница села баба Матрёна поведала, будто пробил час мщения, и очень скоро выйдут наружу скрытые в подвалах замка сокровища. Осчастливят они особ женского полу. Всё потому, что с незапамятных времен замком управляли женщины. Ибо, замок являлся пристанищем чародейного общества, где сильный пол, то есть мужчин, приносили в жертву тайной повелительнице ордена. Та рука, что вонзит нож в жертвенное сердце, заслужит особое расположение у всевластной колдуньи.

– Видно приспел срок новой хозяйки, – прошамкала бабка Матрена, обтирая сухопарой ладошкой морщинистый рот.

Народ, что толпился возле неё, не желал обозначившегося перекура и потребовал продолжения. На что старуха тяжело вздохнула, пошаркала сухими пальцами концы головного платка и высказалась, что только внешне замок мёртв. За стенами всё живёт. И водятся там, по сей час, в тёмном от глубины пруду чёрные лебеди дивной красы. Кто их увидит, тот особый дар обретаёт.

Бабуся добила толпу ещё тем, что напустила ужаса. Якобы, последняя владелица прокляла людишек, оголивших замок вырубкой леса.

Смысл проклятия сводился к тому, что каждый – опустивший топор в дерево будет нищенствовать. Мол, быть его детям бездарными из века в век. А чтобы вовсе не сгинуть, должны люди каждые десять лет приводить под вечер к замку десятилетнюю девочку. И снять проклятие может девица, не убоявшаяся грозного вида хозяйки.

– Видно не отыскалась такая, поэтому рвём жилы, живя впроголодь, умираем в нищенстве и невежестве, несём кару за погибель естества, – вынесла веское наблюдение одна из женщин слушавших Матрёну.

– Что верно, то верно! Но как осилить ту, что днём старуха, вроде меня, ночью моложе и краше не найти, – разошлась Матрёна, сообщая, будто в прежнюю пору стоило солнцу скрыться за горизонт, спешили к замку с четырёх частей света экипажи.

Некоторые летели по воздуху. И всю ночь из замка неслась музыка, вперемешку со скрежетом и воплями. А на утро находили во рву убиенных крестьян, что несколькими днями раньше пропадали.

Утихло всё, как только вырубили лес. Но, ходит слух, что время от времени видно хозяйку, собирающую у стен чертополох, и по ночам мелькает в пустых глазницах окон отблеск свечи.

Матрена вновь притихла. Начав заново рассказ, резко перескочила эпохи:

– Вон, в войну с Гитлером всё с землей смешалось, как бомбили, уж так бомбили! А замок цел. Хранит его видно кто. Сказывали, немцы взорвать умыслили, да штуковина взрывная не сработала. Подрывники исчезли.