Начальник райотдела

Как бы невзначай войдем в квартиру, чтобы проверить документы. А что это я голову морочу себе и Жигалову? Надо зайти в соседнюю квартиру и решить вопрос с юридическим определением соблюдения конституционных прав отдельной личности».

– Саша, у меня гениальная мысль! – она толкнула Жигалова в бок.

– У вас всегда гениальные мысли, – он заинтересованно обернулся к ней, – что за мысль?

– Сейчас увидишь. И даже будешь осязать. – загадочно ответила Гюзель Аркадьевна и замолчала. И тут же увидела Андрея, она с силой потрясла головой, прогоняя видение, вытаращила глаза, чтобы они не закрывались, и прилипла к окну, пытаясь разглядеть дорогу.

– Приехали, – Жигалов посмотрел на Юмашеву, – вы сегодня какая-то странная, Гюзель Аркадьевна.

«Что они ко мне привязались, то Резник, то Жигалов. Да, я странная сегодня, очень странная. Сама себя не узнаю. Куда подевался железный Феликс в юбке. Кажется, так меня называют деклассированные элементы», – из машины Юмашева вышла, как из купальной кабинки на пляже. Сегодня все получалось легко и свободно.

– Саша, сначала зайдем к соседям, – сказала она, направляясь в подъезд.

– Зачем? – он шел за ней, шаг в шаг, как в строю.

– Мы попросим написать заявление на алкашей из пятнадцатой квартиры. Этот притон существует с тридцатых годов прошлого века. Дом-то старинный, дореволюционный. Представляешь, как эти гады надоели мирным гражданам?

– Представляю, – вздохнул Жигалов, – в моем доме их туева хуча.

– Как-как? Туева хуча? Ну, Жигалов, ты растешь не по дням, а по часам.

– Давайте, я вас по спине постучу, – и он легонько стукнул ее по спине, – а то закашляетесь.

– Не смущайся, Саша, не смущайся. Сейчас нам не до шуток будет. Слышишь, какой шум и гам в пятнадцатой. Там народу – туева хуча. Я правильно цитирую ваше высочество?

– Правильно. Звонить в отдел?

– Не надо, сами справимся. – Юмашева позвонила в соседнюю квартиру с опрятной дверью, обитой черной дерматиновой пленкой.

– Какая еще полиция? Ходют тут всякие, – тут же донесся хриплый голос из-за двери, – сейчас в МЧС позвоню.

– Кто это говорит, Саша? Мужчина или женщина? Как ты думаешь? – Юмашева облокотилась о перила лестницы. – Ну и времена настали, не сразу определишь, кто с тобой разговаривает. Наверное, такой же притон, как и в пятнадцатой.

– Какой притон? – дверь неожиданно распахнулась.