То, что вы хотели

Вот до чего доходило…

Другие пубертаты из “Недетского мира” в его возрасте и с его связями имели генеральские звезды и курировали олигархов со всеми вытекающими последствиями, а подполковник Курган сидел в небольшой комнатке и занимался всякой мелочью вроде меня. Что-то человеческое в нем было, доброе даже, поэтому, наверное. И как же он мог повлиять на мою судьбу и судьбу мира? Любопытно, очень любопытно. Ну что ж, как говорится, будем посмотреть…

– …Да нормально, Николай Егорыч, дома все нормально, по бизнесу вот только… Бегаю, кручусь, суечусь, а денег как не было, так и нет.

В общем все, как всегда.

– Ну не прибедняйся, Иванушка, это карты слезу любят, а Москва слезам не верит. Москва верит наглым ухватистым прохвостам, как выясняется. Какие твои годы, пацан? Подожди, придет время, станешь еще олигархом и мне, старичку, на пенсию подкинешь. Ты же хороший парень, совестливый, подкинешь ведь?

– Было бы чего подкидывать, а так подкину, конечно.

– А глазки-то у тебя блестят… Придумал небось опять чего-нибудь? Ну давай колись, чего придумал? Здесь стены намоленные, здесь правду говорить нужно.

Удивительно, но Егорыч испытывал ко мне симпатию. Надо же, никогда бы не подумал. А сейчас, частично проникнув к нему в мозг, узнал. Нравился я ему. Молодой, симпатичный, толковый, не гад, что редко встречается. Других своих подопечных он и нагибал, бывало, и доил, как полагалось в его “Недетском мире”.

А меня не мог, но главное – не хотел. Вроде как к сыну относился. Возможно, тогда, в 2013-м, без всяких нынешних технических средств, я тоже это чувствовал. Наверное, потому и рассказал ему о только что разработанном прототипе Sekretex.

– Выходит, это такой детектор лжи, что ли? – спросил меня на середине объяснений Егорыч.

– Ну вроде того, только лжи не другим, а себе. Мы же чаще всего самих себя обманываем. От этого в основном и страдаем.

– А как твоя штука узнает, что именно я хочу на самом деле?

– Секрет, – ответил я, улыбнувшись, – поэтому Sekretex и называется.

– Но-но, ты тут без шуток давай. Думай, где и что говоришь, – театрально нахмурился Егорыч.

– Да я не шучу, Николай Егорыч, просто объяснить трудно. Ну если очень сильно упрощать, там анкета есть из нескольких десятков вопросов, она определяет психотип человека.