Второй потоп

Этот человек, – он указал на профессора Пладдера, – который хорошо меня знает и которому были представлены все мои доказательства, либо слишком туп, чтобы понять истину, либо слишком упрям, чтобы признать свою собственную ошибку.

– Ну, ну, – сурово прервал президент, в то время как профессор Пладдер сильно покраснел, – так не пойдет! Не позволяйте себе здесь никаких личностей. Я сильно постарался, предлагая вообще выслушать вас, и я пригласил главу величайшего из наших научных обществ присутствовать, в надежде, что здесь, перед всеми нами, он сможет убедить вас в вашей глупости и, таким образом, быстро положить конец всему этому нечестивому делу.

– Он убедит меня! – презрительно воскликнул Космо Версаль. – Он не способен понять элементарных вещей в моей работе. Но позвольте мне сказать вам вот что, господин Президент – в его собственном совете есть люди, которые не так слепы. Я знаю, что произошло на недавнем заседании этого совета, и я знаю, что смехотворное объявление, сделанное от его имени, чтобы ввести в заблуждение общественность, было придумано им и не выражает реального мнения многих членов совета.

Лицо профессора Пладдера стало еще краснее, чем когда-либо.

– Назови хоть одного! – прогремел он.

– А, – насмешливо сказал Космо, – это сильно задевает, не так ли? Вы хотите, чтобы я назвал одного, что ж, я назову трех.

Что сказали профессор Александр Джонс и профессор Абель Эйбл о существовании водяной туманности, и каково было мнение, выраженное профессором Иеремией Мозесом о фактическом приближении одной из них с северного неба, и что она может сделать, если столкнется с Землей? Каково было единодушное мнение всего совета о правильности моей математической работы? И что, – продолжил он, подходя к профессору Пладдеру и грозя ему пальцем, – что вы сделали с теми тремя депешами из Исландии, с Северного Мыса и с Камчатки, которые полностью подтвердили мое заявление о том, что туманность уже видна?

Профессор Пладдер начал запинаясь:

– Какая-то диверсия…

– А, – воскликнул Космо, приблизившись к нему, – ого! Диверсия? Тогда, ты признаешь это! Господин Президент, я прошу вас заметить, что он признает это.

Сэр, это заговор с целью сокрытия правды.