Молот и крест. Крест и король. Король и император

Магнус, что ты хочешь с ним сделать?

– Мне это ни к чему! – теперь уже выкрикнул Шеф и шагнул вперед, ударив в землю древком алебарды. – У меня есть щит. – Он поднял левое предплечье с квадратной железной пластиной, прочно крепившейся к запястью и локтю. – Я дерусь не доской с палашом, а этим и вот этим! Мне не нужен щитоносец. Я англичанин, а не дан!

После таких слов публика гудела, и не без веселья. Шеф знал, что войску нравятся драмы. При хороших ставках правилами можно и поступиться.

Воины поддержат неправого, если он покажет себя достаточно дерзким.

– Что скажете? – обратился Хальвдан к двум другим судьям. – Мы не можем на это пойти.

Сзади раздался шум, и кто-то, протолкнувшись в кольцо, подступил к Шефу. Еще один дюжий малый, увешанный серебром. Гебридцы, стоявшие чуть в стороне, набычились. Шеф был потрясен, увидев, что это Сигвард. Тот глянул на сына и повернулся к судьям. Он развел свои мощные руки в лукавом примиряющем жесте:

– Я хочу быть щитоносцем этого человека.

– Он просил тебя?

– Нет.

– Тогда какое тебе дело до него?

– Я его отец.

Снова рокот, теперь возбужденный. Зимой в лагере скучно и холодно, а тут намечается лучшее развлечение со дня неудачного штурма. Воины Великой армии, как дети, не хотели ускорить финал. Они приступили ближе, напрягая слух и передавая услышанное тем, кто стоял в задних рядах. Поведение зрителей повлияло на судей, и тем пришлось учитывать не только требования обычая, но и настроение толпы.

Они начали совещаться, и Сигвард резко повернулся к Шефу. Он подошел ближе, склонился на пару дюймов, чтобы быть вровень, и с ноткой мольбы произнес:

– Послушай, мальчик, ты уже однажды отверг мою помощь, когда угодил в беду. Согласен, для такого нужно мужество. Посмотри, во что это обошлось. Глаза лишился! Не делай так больше. Прости меня за мать. Если бы я знал, что у нее такой сын, я поступил бы иначе. Многие говорили мне о твоем подвиге при осаде, как ты управился с тараном – вся армия гудит.

Я горжусь тобой. И потому – прими мой щит. Я в этом деле не новичок. Я лучше Магнуса, лучше его дружка Кольбейна. С таким щитоносцем тебе ничего не сделается. А ты… ты уже побил этого гебридского дурня, как шелудивого пса! Давай повтори! Мы прикончим эту парочку.

Он стиснул плечо сына. Глаза горели гордостью, смущением и чем-то еще – Шеф решил, что жаждой славы.