Молот и крест. Крест и король. Король и император

Когда часовой пресек их самоуверенную поступь и велел поворачивать восвояси, Шеф не расслышал ответ. Похоже, говоривший не считал нужным повышать голос. Часовой снова рявкнул и указал на разоренный лагерь, должно быть имея в виду сожженные палатки Ивара. Но не успел он закончить фразу, как прозвучали глухой удар и стон.

Вожак пришельцев посмотрел на лежащего, словно прикидывал возможность дальнейшего сопротивления, вернул в рукав мешочек с песком и зашагал дальше, даже не оглянувшись.

На лодыжках у Шефа перерезали ремни, его рывком поставили на ноги.

Сердце безудержно забилось – неужели конец? Его вытащат из загона, найдут свободное место, поставят на колени и срубят голову? Юноша с силой закусил губу. Нет, он не будет молить о пощаде, не даст варварам повода посмеяться над смертью англичанина. Он заковылял, храня угрюмое молчание.

Всего несколько ярдов. За ворота, вдоль ограды загонов и дальше. Резкая остановка перед другими воротцами. Шеф осознал, что предводитель незнакомцев глядит ему прямо в глаза, в самую их глубину, словно хочет внушить тугодуму какую-то крайне важную мысль.

– Ты понимаешь по-норвежски?

Шеф кивнул.

– Тогда пойми вот что. Твои слова никому не интересны. Но если заговорит он, то, возможно, ты останешься жив. Ответить придется за многое, и от этих ответов будет зависеть, выживешь ты или умрешь. В любом случае тебе скоро понадобится товарищ. На суде, на месте казни. Умереть можно по-разному. Ну все. Забросьте его внутрь да хорошенько прикуйте.

Шеф очутился в кутке, отгороженном внутри загона.

С прочного шеста свисало кольцо, от которого тянулась цепь к другому. Юноше мигом надели ошейник, в отверстия протолкнули штырь из ковкого железа. Пара ударов молотком, быстрый осмотр, еще удар. Мужчины повернулись и потопали прочь. Ноги у Шефа были свободны, но руки остались связанными. Цепь позволяла отойти лишь на несколько шагов.

Шеф понял, что находится здесь не один. Его сосед был в таких же оковах, и цепь уходила во мрак. Рассмотрев лежащего, Шеф исполнился стыда и страха.

– Господин? – молвил он неуверенно. – Господин? Ты король?

Человек шевельнулся:

– Я Эдмунд, сын Эдвольда, король восточных англов. Но кто такой ты, говорящий, как уроженец Норфолка? Тебя не было среди моих воинов. Прибыл с рекрутами? Схвачен в лесу? Повернись, чтобы я видел лицо.

Шеф повернулся. Лучи солнца, уже склонявшегося к западу, через распахнутую дверь упали ему на голову, когда он прошел, сколько хватило цепи.