Приключения на земле, под землей и в космосе

Он замахал безобразными черными щупальцами, заскрипел на непонятном языке, в такт звукам на туловище открывалось и закрывалось одно из отверстий, видимо рот.

– Ну и уродина, – заметил Джерри, и друзья кивнули.

– Если бы он только выглядел так безобразно, – сказал Стейджен-Стербен, – но от него и запах под стать.

Чудовище на экране встало, вытащило откуда-то длинную палку, тяжело проковыляло на четырех ногах-колоннах к плакату на стене и принялось тыкать в него палкой. Плакат упрощенно изображал ормолу с точками и линиями по всему телу.

– И что все это значит? – не выдержал Джон.

– К несчастью, вы очень скоро все поймете, – печально сказал Стейджен-Стербен.

И, действительно, вскоре глазам землян предстало такое, что у них отвисли челюсти. В кадр попал распластанный на деревянном столе мертвый ормолу. Лектор подошел к столу и, не переставая вещать, принялся пилить тело несчастного на части мощной ленточной пилой.

– Хватит! – Джерри, опрокинув кресло, вскочил на ноги.

Демонстрация прекратилась, вспыхнул свет. Стейджен-Стербен сидел, склонив голову, и подавленно молчал.

– Зачем проклятый гарниши пилил мертвого ормолу? – напрямик спросил Джерри.

– Он разделывал тело моего несчастного соплеменника, чтобы части влезли в котел. Гарниши – ормолоеды, они ловят нас, а потом поедают, потому что они – монстры.

– Монстры, да еще какие! – закричал Чак и, опрокинув кресло, вскочил. – Я знаю, что говорю сейчас от имени всех моих товарищей.

Земляне торжественно закивали, а ормолу все как один повскакали с мест и, отсалютовав мечами, восторженно закричали:

– Гип-гип-ура!

– Я вроде уже придумал, как мы разделаемся с монстрами-гарниши, – задумчиво проговорил Джерри. – Я сконструирую оружие, много мощнее любого, что есть у вас, оружие, которое сметет наших общих врагов к чертовой бабушке.

– Будьте так любезны, – попросил Стейджен-Стербен, широко улыбаясь и кладя две-три руки на плечи Джерри, – расскажите нам об этом фантастическом оружии.

– Я еще не додумал кое-какие мелочи, додумаю – обязательно расскажу. К тому же у нас безотлагательное дело: пока весь твердый кислород не испарился, нужно оживить Салли.

– Можно, я осмотрю ваш госпиталь? – спросил Джон у Стейджена-Стербена.

– Конечно, но боюсь, что огорчу вас.