Тренировочный полет

Когда туземец приблизился, я зашептал в микрофон:

– Приветствую тебя, о пастух! Ты слышишь голос твоего деда, который обращается к тебе из рая.

Я уже знал кое-что о туземной религии, и сказанное мною ей не противоречило.

Пастух замер, как будто налетел на стенку. Не дожидаясь, когда он опомнится, я нажал на кнопку, и из пещерки к его ногам ссыпалась горсть ракушек – из похожих земные индейцы мастерили свои вампумы.

– Вот тебе, внучек, деньги из рая, за то, что ты был хорошим мальчиком.

Конечно, рай тут ни при чем, – деньги я ночью умыкнул из городской казны.

– Приходи завтра, и мы опять поговорим, – прокричал я вдогонку ящерице, радуясь, что она собрала денежки, прежде чем дала деру.

Разумеется, на следующий день она вернулась и пообщалась с потусторонним дедушкой, и таких бесед было еще немало, и конечно же, райские гостинцы всегда принимались с благодарностью. Дед у себя в загробном мире соскучился по новостям, и внук охотно отвечал на любые его вопросы. Я узнал все, что желал знать об этом мире, о его прошлом и настоящем, но оптимизма у меня не прибавилось.

Мало того что туземцы обложили маяк камнями, они еще и религиозную войну вокруг пирамиды устроили.

Все началось из-за земляного моста. Как выяснилось, во время строительства маяка ящерицы жили на далеких болотах и факт их существования мало заботил монтажников. У туземцев низкий уровень развития, и они носу не кажут со своего континента, – о чем тут беспокоиться? Никому не приходила в голову мысль, что ящерицы способны эволюционировать и перебраться на другой материк.

В конце концов именно это и случилось. Небольшие тектонические подвижки, и в нужном месте появляется болотистый перешеек, и в долину с маяком забредают первые ящерицы. Возникает религия. С крыши блестящего металлического храма всегда льется чудесная влага – там работает атмосферный конденсатор. Вода радиоактивная, но ящерицам это не вредит. Мутации только подстегивают их развитие.

Вокруг храма вырос город, а в последующие века маяк обрел пирамидальную оболочку.

Обслуживал постройку специальный жреческий орден. И все было прекрасно, пока какой-то священник не осквернил храм, в результате чего прекратился ток священной воды. И были потом мятеж и крамола; и были разруха и погибель. А вода с тех пор так и не льется. Каждый день новая вооруженная толпа приходит штурмовать храм и новый отряд жрецов обороняет святыню.

И теперь я должен лезть в эту мясорубку, чтобы починить маяк.