Вся твоя ложь

Я листаю распечатки фотографий, пока не нахожу более свежий снимок Фреи, сделанный в начале этого года. Она стала старше, выражение лица более настороженное, глаза не смотрят в камеру. Но в ней все еще слишком много детского. Ее неопытность, незрелость и невинность вполне очевидны. Я снова перечитываю описание, которое дал ей Джереми. Оно совершенно не совпадает с ее фотографией и тем, что видят мои глаза. Возможно, это дело все-таки не будет таким уж простым…

Интересно, имеется ли в документах фотография обвиняемого? Я начинаю ее искать, по очереди просматривая все файлы, но вскоре сдаюсь, побежденная таким количеством материалов по этому делу.

Судя по описанию Кирстен и Барбары, мистер Тейлор должен быть весьма милым и добросердечным человеком. Впрочем, достаточно скоро я смогу убедиться в этом сама, когда он в следующий раз придет в адвокатское бюро для встречи с Барбарой.

А пока моя работа предельно ясна. Я должна просмотреть кучу сообщений с телефона и компьютера Фреи в поисках любых доказательств, подтверждающих заявление девушки о том, что она и обвиняемый состояли в отношениях.

Или, точнее говоря, я буду искать отсутствие подобных улик.

Фрея может сколько угодно утверждать, что она была очень осторожна и до поры до времени тщательно скрывала тот факт, что они с Джереми были в контакте. Однако совершенно невозможно полностью скрыть существование подобного рода отношений таким образом, чтобы не было абсолютно никаких упоминаний, намеков и следов этого ни в одной из ее социальных сетей.

Джереми утверждает, что между ним и его ученицей никогда не было никаких иных способов общения, кроме рабочей переписки по учебным темам в телефоне и по электронной почте. Я должна убедиться, что между ними действительно не было иных внешних связей и ничего такого, что могло бы как-то противоречить его словам.

Прошло уже почти три часа, как я погрузилась в материалы этого дела, но я только успела лишь немного копнуть поверхность.

Похоже, что из них двоих Фрея раньше присоединилась к Фейсбуку. Она создала себе там страничку, когда ей было одиннадцать лет. Робин сейчас почти такого же возраста. Я подавляю возникшую нервную дрожь. До сих пор мне удавалось держать Робин подальше от любых социальных сетей. Ей разрешались только сообщения в телефоне и общение в мессенджерах. Но я знаю, что остальная социализация в Интернете – это лишь вопрос времени.

То же было и с Фреей.