Головоломка

А вы, мальчики, понимаете, насколько она важна? И понимаете, что сейчас необходимо держать все в тайне, пока не придет время обнародовать результаты? Зачем, вы думаете, мы сидим на этом Богом забытом островке – для развлечения? – Он помолчал, затем продолжил: – Держитесь подальше от яхты Портера, ясно?

Хасс и я посмотрели друг на друга.

– Но, папа, – неожиданно проболтался я, – там ведь эта девочка…

– Девочка?

– Дочь Портера путешествует на яхте вместе с родителями, – сказал Рам.

У папы неожиданно скривилось лицо. Думаю, он старался сдержать смех.

– Понимаю, – сказал он. – Юная невеста. Искусительница.

– Вовсе она никакая не искусительница! – горячо сказаля. – Она очень милая. Она из Сан-Франциско.

– Ну хорошо, – теперь уже папа ухмылялся в открытую, – это все меняет. В какой-то момент я думал, что она из Сакраменто, что совершенно неприемлемо, не так ли?

– Твой сарказм неуместен.

Хасс сказал несколько мечтательным голосом:

– Она очень красивая девочка.

И мы уже давно с ней болтаем.

– Вы двое… – начал было папа, но тут же, кажется, решил изменить свое решение. – Ну хорошо, вот и товарищ для вас. Я это одобряю. Но не смейте ничего рассказывать ей о моей работе.

– Папа, – возразил я, – но мы ничего и не знаем о твоей работе!

– А как зовут эту девочку?

– Джорджия, – хором ответили мы и посмотрели друг на друга.

– Ничего не говорите Джорджии о том, что мы делаем здесь.

Работа идет хорошо, но я по-прежнему не доверяю этой семье. Поняли? – Мы кивнули. – Хорошо. Вы можете быть первыми, кто увидит, чем мы тут занимаемся. Можете зайти в сарай после ужина. Посмотреть, как далеко мы продвинулись. Думаю, вы будете впечатлены.

Он продолжал разглагольствовать еще некоторое время.

Папе всегда была нужна восхищенная публика. Профессора в этом плане даже хуже актеров. Он нуждался в одобрении. Даже если это одобрение от нас, детей.

Мама однажды назвала его эгоистом. Она сказала, что все мужчины ведут себя как маленькие мальчики, но, думаю, она имела в виду именно папу. Она конечно же очень сильно любила его, да и многие другие люди тоже, но он всегда очень большое внимание уделял себе и тому, что он делает. Если бы вокруг были другие люди, он бы не надоедал нам с Хассом, но так как они отсутствовали, мы должны были стать его аудиторией.