Паруса «Надежды». Морской дневник сухопутного человека

Звонок домашнего телефона сбросил его с кровати, он подбежал к двери спальни.

– Нет его дома, – в голосе бабушки звучал какой-то необычный для нее металл. – Что вы сказали? Я вас не понимаю. Что вы сказали? Вам не стыдно говорить такие вещи пожилой женщине?

Клацнула брошенная на аппарат телефонная трубка. В дверь постучали. Илья, весь покрытый капельками пота, тут же открыл.

– Илья, – бабушкин голос дрожал от возмущения и страха, – Илья, я ничего не понимаю. Я в жизни не слышала таких слов. Я не понимаю, что они хотят, но они требуют тебя.

Они говорят, что они родственники Арсена.

– Прости, бабушка. Больше звонков не будет. Я постараюсь всё разрулить.

Илья тихонько прикрыл дверь перед носом оторопевшей старухи.

– Ты не видел моей броши? Я ее не могу найти.

Илья прислонился к стенке и закрыл глаза. В дверь опять, словно мышь, поскреблась бабушка.

– Ты меня слышишь?

– Нет! – почти заорал Илья. – Нет, нет!

Он вытащил из кармана джинсов сотовый телефон. Долго крутил его в ладони, уставившись в лепнину на потолке, будто видел ее впервые.

Потом нажал кнопку активирования. Экран сотового замерцал зеленым светом, и тут же посыпались тревожные сигналы эсэмэсок и неотвеченных вызовов.

Катерина так сжала его в объятиях, будто бы они не виделись тысячу лет.

– А я думала, ты не появишься уже. Почему без звонка? Вдруг мой был бы дома?

Илья уселся в кресло, потом вскочил как ошпаренный, увидав, что из этой уютности хорошо просматривается крыша сосед него жилого дома.

Забившись в угол, он присел там на краешек стула и прошипел со злостью:

– Придумал бы что-нибудь. Ошибся дверью, например… сан техник, электрик… Да мало ли что.

– Он же тебя знает. Помнишь, тогда в аэропорту, как вы познакомились?

История была и вправду не очень хорошая тогда, еще в пору их романтических букетно – конфетных отношений. Он, не предупредив ее, хотел сделать сюрприз. В томлении, с охапкой алых роз, ждал в толпе встречающих в аэропорту.

Сюрприз на этот раз решил преподнести не только Илья. Капитан вернулся из рейса раньше и собирался свою благоверную поцеловать и заключить в объятия, как только та спустится с небес на землю. Петя, капитан сухогруза типа река – море, пришел тоже с розами, кроваво – красными и не в таком количестве. Три розочки капитана, упакованные в дешевенький целлофан, упали на каменный пол Ростовского аэропорта: на глазах у моряка какой-то щенок целовал его любимую.