Ангел-Маг

 – Как я уже говорил, она из благородного рода, даже не без королевских кровей. А тень подозрения насчет убийства, случившегося в Альбе, здесь ей даже поможет. Королева недовольна нынешней позицией Альбы, а еще ходят слухи, будто перебежчица Делайнс, ее прежняя любовница, продала Этелингу письма королевы. В общем… всякий, кто враг Этелингу, вроде как друг королевы, верно?

– Она интересует кардинала? Люди ее преосвященства посещали леди Дейемс?

Лилиат не стала спрашивать о короле. Никого особо не интересовал король Фердинанд.

Саранс номинально возглавляла королева София Тринадцатая, но делами страны большей частью заправляла кардинал Дюплесси, она же главный министр. Королева редко перечила советам и указаниям кардинала. Король, как умел, интриговал против обеих. Это успело стать традицией, реально же на положение дел не влияло.

– По-моему, нет, – сказал Бискарэй. Уверенности против прежнего у него поубавилось. – Мы ни разу не видели ни поборников кардинала, ни мушкетеров королевы… ни других агентов, которых знаем в лицо.

Эх… вот еще кардиналу бы проницательности поубавить…

– Она ни о чем не должна проведать! – отрезала Лилиат. – Она не должна узнать обо мне!

– Ни в коем случае, – согласился Бискарэй. Подойдя, он опустился перед Лилиат на колени, сложив руки, словно в молитве Архангелу. – Она не узнает. И вообще ни одна живая душа… Я позабочусь об этом!

– Я верю тебе, мой Бискарэй, – промолвила Лилиат.

Опустив одну руку, она позволила Ночному Королю поцеловать ее, прежде чем вернулась к окну.

– Что ж, хорошо, – продолжала она. – Значит, сегодня вечером.

– Сегодня вечером? – переспросил Бискарэй.

– Твои люди готовы?

Ночной Король кивнул головой.

– Приходи, когда сделаешь дело, – сказала Лилиат. – Захвати какую-нибудь ее одежду и украшения.

– Час будет поздний… то есть скорее ранний. Думаю, мы управимся как раз перед рассветом.

– Я буду здесь, – сказала Лилиат. Бросила взгляд на кровать, снова посмотрела на Бискарэя… улыбнулась.

 – Ты хорошо потрудился, Бискарэй.

– Спасибо, миледи.

– Еще кое-что, – сказала Лилиат, передавая ему листок с четырьмя выжженными именами. Черные буквы резко выделялись на белой бумаге. – Вот эти четверо… Я должна знать о них все. Все, что можно выведать. Семьи, происхождение, родные края… За этими людьми нужно присматривать и защищать их. Только аккуратно – они ни о чем не должны догадываться.