Гагарина, 23. Тени последнего лета

За Милу не волнуйся – она не голодает. Вдвоём с Пирожком мародёрничают по всему дому. Есть такие квартиры, где московские конфеты не переводятся.

***

Мила не перестала думать о чердачнике. Неважно, красив он или уродлив, она сделает всё, чтобы облагородить несчастного одиночку. Фантазия рисовала радужные картинки. Вот только где они будут обитать – на чердаке или в междустенье – домовая ещё не определилась. Сама на чердак пойти не могла – это не квартира, ей, как домовой, туда вход закрыт. Но её может пронести на плечах Тимка, тогда, уже став чердачницей (после того, как выйдет замуж за нового жильца), она сможет обитать где захочет.

В своей неотразимости Мила не сомневалась – осталось только показаться на глаза жениху.

***

На свою семью Митя смотрел как через мутное стекло. Все мысли кружились вокруг будущей жизни с Розой. Он твёрдо решил развестись, жениться на любимой, усыновить её мальчика (всегда хотел сына) и уехать с новой семьёй на БАМ. Там сейчас молодые со всей страны зарабатывают на обеспеченную жизнь.

Ему всего тридцать пять лет, а что он видел? Пришёл из армии, повёл Лильку в ЗАГС, через год Галка родилась, и всё… работа, дом, заботы, жена с дурнеющим год от года характером. Хватит!

Всё так быстро закрутилось – погуляли в парке в Алма-Ате, несколько раз встречались дома у Розы, но она с ребёнком жила у матери. Пришлось, как пацану, залезать в окно и тем же путём уходить. В семье думали, что он работает в ночную смену. Потом его осенило. Можно встречаться в его гараже за домом, в Москвиче включить тихо музыку – будет уютно.

Лилька часто работает в ночь. Дочка целыми днями где-то шляется, устаёт так, что еле до постели добирается. Так и спит, не умывшись. Никто не помешает, никто не узнает.

Как-то утром, после очередной перебранки с женой, Митя услышал шум, шедший сверху, будто по чердаку ходили. «Наверное, дети повадились лазить наверх. Или сами покалечатся, или пожар устроят. Надо закрыть люк на замок. Где-то у меня был старенький навесной.

Надо маслом смазать и ключ найти», – подумал и на следующий день сделал.

Мила в последнее время часто посещала квартиру Шапкиных – ждала удобного момента, чтобы позаимствовать японский зонтик. Видела, как Лиля спрятала заветную вещь в шкафу за стопкой полотенец, чтобы дочка не трогала, не сломала. Слушала ревнивую ругань, наблюдала за обрядом отсушки. Смех, да и только – толстая голая Лилька стояла в кухне, резала пламя свечи и читала по бумажке заговор.