Формат. Сборник литературных миниатюр

Через минуту довольный собой Табаки с обглоданной костью в зубах уже катился вниз по лестнице. Выбежав на улицу, он запрыгнул в автомобиль с дипломатическими номерами.

– Домой! – тявкнул Табаки, и автомобиль покатил в сторону посольства Чешской Республики.

Через неделю Табаки, раскрыв утреннюю газету, прочитал: «В связи с ложными образами рода шакалов, пропагандируемыми в своих книгах господином Киплингом, а конкретно Табаки и его родственников, Шерхан постановил: отныне шакалы отдельных европейских государств более не будут пресмыкаться перед волками!»

Табаки жадно потёр лапы.

«И, – закончил читать Табаки, – есть за ними объедки!»

Табаки сложил газету и задумался.

– Хм… Да. Шерхан, конечно, мудрый тигр, – пробормотал он. – Но, позвольте, что же мы тогда будем есть? Об этом-то ничего не написано!

Желудок Табаки беспокойно заурчал.

23.04.21

В такси

Дизайнер Миша Веточкин вышел из подъезда своего дома в солнечный день. Нарядившись в дизайнерскую футболку за двадцать тысяч рублей, он отправился на день рождения своего приятеля – такого же дизайнера, как и он сам.

Заказанное такси его уже ожидало. Забравшись на заднее сидение в прохладном салоне, Миша коротко поприветствовал водителя, после чего автомобиль плавно тронулся с места.

– На праздник едете? – спросил водитель, усатый и улыбчивый дядька.

– Да, – гордо подтвердил Миша, а затем спросил: – Как узнали?

– Да у меня глаз намётан, – подмигнул водитель в зеркало заднего вида и добавил: – Одеколоном сильно пахнет, и футболка выглажена, как на парад.

Утончённому Мише заявление про одеколон не понравилось, тем более что пах он вовсе не одеколоном, а довольно дорогой парфюмерной водой.

– Это не одеколон, – буркнул Миша.

Замолчали. Минуту Миша над чем-то раздумывал, а затем спросил:

– Если глаз намётан, то сможете определить, чем я занимаюсь?

– Наверное, какой-нибудь творческий, – предположил водитель.

– А вот и не угадали, – обрадовался Миша. – Нет, работаю я дизайнером…

– Ну вот!

– Но основная моя деятельность совсем другая.

– Какая же? – полюбопытствовал водитель.

– Политическая, – брякнул вдруг Миша. – Я лидер оппозиционного политического движения в России.

– Да ну, – удивился водитель, рассматривая Мишу в зеркале заднего вида. – Но что-то я о вас никогда не слышал.

– Конечно! Потому что я фигура тайная. А тайная революционная деятельность требует тишины.

– Революционная? – переспросил водитель.

– Ну да.