Тун. Лето в розовом городе

Кого-то действительно волновала моя жизнь? Или его заботу просто купили, как и все в этом доме? Подтянув к себе стул и опершись о высокую спинку, я кое-как встала. До ванной было примерно двадцать шагов, каждый из которых я проделала с упорством немощной старухи, не желающей уступать времени.

Еще немного, давай же! Дошла! Включив свет, я застыла перед зеркалом. В роскоши, достойной последней правящей династии, отражалось некое существо, и смотрело оно так, что моя душа вмиг покрылась льдом и пошла трещинами. Истощенное тело, ссадин ы и огромный синяк от бедра до колена я даже не заметила – мои пальцы тянулись к голове.

Зеркало не обманывало – я была побрита налысо.

Я закричала и рухнула на холодный мрамор. Крик отдавался эхом и рвал на части горло. Это продолжалось до тех пор, пока у меня не пропал голос. В спальню ворвались люди и попытались поднять меня и уложить в постель. Где мои волосы?! Собрав последние силы, я вырвалась из рук огромного мужчины и в мгновение ока оказалась в ванной. Дверь захлопнулась перед его носом.

– Мариам, откройте! Отец приказал вас привести!

Свои слова он сопровождал настойчивыми ударами, но крепкое дерево и не думало поддаваться. Наконец все стихло.

Вернув себе отобранное одиночество, я разделась и включила воду. Раньше я любила разглядывать себя в зеркалах, мечтая о росте, которого не было, о формах, которые так и не появились. Сейчас же на меня отовсюду смотрела девочка, не имевшая со мной ничего общего. Она вызывала лишь жалость и отвращение.

Я снова провела рукой по голове, напоминавшей шершавый кошачий язык. Новый поток слез побежал по щекам – я оплакивала утраченное сильнее, чем все, что случилось со мной прежде.

Я понимала, что люди за дверью вслушиваются в каждый шорох, свидетельствующий о том, что я еще жива. И при малейшем подозрении они снесут эту дверь.

Хватит с меня унижений. Я закрыла кран и перелезла через бортик ванны. Вода приняла мое тело, обещая смыть тревогу и усталость. Но я стала тереть себя щеткой, сдирая почти затянувшиеся раны и намеренно причиняя себе боль.

Я остановилась, лишь когда заметила, что прозрачная вода окрасилась в бледно-розовый.

Мои внутренние демоны немного успокоились, и я замерла, уставившись на кран – единственный источник шума. Капля, на долю секунды задержавшись на ободке, падала в ванну с характерным звуком. Следом тут же собиралась следующая. Я наблюдала за тем, как в одно мгновение чистое безвозвратно растворяется в мутной воде.