Эмоциональная диверсия

 – Нет ни ответственности, ни серьёзности, ни вдумчивого отношения хотя бы к себе самому! Только желание красоваться, жаловаться да напрашиваться на обслуживание! Это просто возмутительно! К тому же, ты просто …неповоротливый!

– Я неповоротливый? Ты просто бесишься, что я не обратил внимание на тебя, как на …женщину! Поэтому злобно мстишь! Но прости, ты совершенно не в моём вкусе!

Но зацепить женское самолюбие волчицы было непросто. Морда её была непроницаема, голос даже не дрогнул.

Видно, неспроста она так долго скрывала себя под мужской одеждой. Выдержка у неё была что надо!

– Меня не интересует твой вкус! Я просто пытаюсь хоть немного обучить тебя самостоятельности, чтобы ссадить со своей шеи. Которая скоро хрустнет от обилия желающих взгромоздиться на неё! Ляжки, ляжки свои жирные подбери, светишь ими до горизонта! И брюхом поплотней к земле!

– Трава колкая! Ляжки ей мои не нравятся! Как ползти, если трава колкая? – обиделся он.

– Подумаешь! Колко ему! Поползаешь побольше, шкура огрубеет, не будет колко! Неженка!

– Если бы в тебе было столько достоинств, в скольких ты отказываешь мне, ты …ты давно замужем была бы! А не моталась бы возницей по ночам! В своей уродской шапке! Но что-то я не вижу, чтобы на тебя, в качестве невесты очередь стояла!

Перегрин никогда не сказал бы ничего подобного ни одной девушке, но уж больно зашпыняла его эта замухрышка.

Особенно обидно было сказано про ляжки. К тому же она была …волчицей, животным. До известной степени это его извиняло в собственных глазах.

– Что ж тебя так волнует моё замужество, что даже сосредоточиться не можешь?

– Ты обманула меня! Я не знал, что ты женщина! И не хочу подчиняться женщине! Я ни за что не связался бы с тобой, если бы знал, хитрая врунья!

– Ну, конечно, ты слишком молод, чтобы уметь отличать женщин от мужчин! – ехидно влепила волчица.

– Ты ж вырядилась в уродские кожухи! Как тебя рассмотришь!

– Кому надо – рассмотрит! Ты вообще растяпа! Если бы ты проявил чуть больше осмотрительности и осторожности, ты сберёг бы жену, доверившуюся тебе, остолопу! И не бегал бы сейчас, скуля, по степи в поисках дочери! Охотиться он не умеет! Бездарь! Это не то что волк, но каждый мужчина должен уметь! – в отместку волчица стала откровенно жестокой.