Избранники вечности. Книга 1. Смерть – это лишь начало

Я быстро допил остатки коньяка и улегся спать, провалившись в глубокий сон. Утром, как только счел удобным, я стоял на пороге дома доверителя. Месье Лавассер, конечно, удивился моему внезапному натиску, когда я горячо стал убеждать его в необходимости подавать апелляцию. Улыбнувшись в пышные усы, он проговорил:

– Действуйте, месье Ансело, я в вас не сомневался.

Наверное, так, как в этот месяц, я еще никогда не работал. К счастью, друзья меня поняли и не беспокоили. Даже о Рождестве я вспомнил лишь потому, что мама с Ноэми пришли накануне в гости, чтобы поздравить.

Хорошо, что подарки я приготовил заранее.

Больше всего я боялся, что мама заговорит о моем позоре, захочет выразить сочувствие, или, еще хуже, скажет о том, как переживал отец. Благо, она очень деликатная и понимающая женщина и никак не затронула этот вопрос. Надеюсь, что Ноэми вообще осталась не в курсе произошедшего. Хорошо, хоть огромная загруженность не позволяла уделять внимание переживаниям и мучениям ущемленного достоинства.

Меня едва не шатало от усталости и недосыпания, я осунулся, под глазами залегли тени, но к установленному сроку я полностью уверился в правильности принятого решения.

Сдав документы в канцелярию и встретившись с Гринбергом у судьи через неделю для назначения даты разбирательства, я уже спокойно выслушал его презрительное:

– Молодой человек, вы еще глупее и самонадеяннее, чем я думал. Неужели одного раза недостаточно? Или, может, вы мазохист?

– Вы склонны к поспешным выводам, месье Гринберг, – ответил я сдержанно.

 – Это непрофессионально. До встречи в процессе.

Оппонент от подобной наглости в лице переменился. Мне показалось, даже зарычал и глаза на мгновение кровью налились, но быстро взял себя в руки. Пусть считает меня наглым дураком, меня это вполне устраивает. Зато теперь есть два месяца, чтобы подготовиться.

Вот только, чтобы целиком погрузиться в работу, необходимо прежде закрыть финансовую брешь. Хозяин требовал уплаты задолженности и аванса за квартиру, грозя выселением, да и питаться я привык регулярно.

Чтобы продержаться эти два месяца, я обратился к отцу Луки за небольшой краткосрочной ссудой. Месье Дюкре внимательно выслушал просьбу и, приподняв бровь, поинтересовался:

– Неужели дела вашей семьи настолько плохи, что Ансело понадобился заем? Позвольте, молодой человек, усомниться в этом. Ваш многоуважаемый отец держит счета в моем банке, так что я, как управляющий, вполне осведомлен, что это вовсе не так.