Ричард Длинные Руки – король

На столешнице появились два одинаковых кубка, я же демократ, когда меня к этому не принуждают, хотя себе наполнил доверху темным виноградным соком, а графу коньяком.

Он сделал глоток, надолго задержал дыхание, потом спросил сипло:

— А попроще нельзя?

— Можно, — ответил я. — Как раз двигаюсь от простого к сложному, а вы как думали?

— Тогда, если вас не затруднит, переколдуйте… я хотел сказать, перепаладиньте это вот несомненное замечательное королевское вино во что-то послабее… ну, для графов.

— Увы, — сказал я, — не могу.

Выплесните в камин, а я сделаю заново.

— Ага, — сказал он с удовлетворением, — хоть что-то не умеете делать. Сразу легче стало.

Он повернулся к камину, плеснул и, охнув, выронил в испуге кубок, когда огонь с готовностью взметнулся к своду.

— Это колдовство?

— Еще какое, — заверил я. — Вон уже кожа зеленеет, сейчас по спине пойдут шишки с орех размером, между пальцев начинают расти бородавки…

Он подобрал и поставил кубок на стол, вздохнул с облегчением:

— В жабу? Лишь бы не в лягушку, какие-то суетливые, не люблю.

А жабы — сама солидность и достоинство.

Я наполнил его кубок шампанским так, что полилось на столешницу, и смотрел, как Альбрехт торопливо отпивает, стараясь не дать вылиться целиком.

— В каком состоянии армия? — спросил я.

— В боевом, — доложил он между глотками. — Герцог Клемент… и граф Максимиллиан… не дадут… совсем уж распуститься… Как только снег растает… и дороги подсохнут, тут же выступим…

— В сторону юга? — спросил я.

Он кивнул, в глазах некоторое удивление лишним вопросом.

— Ну да, мы же не знаем, где Мунтвиг…

Я сказал саркастически:

— А что армия выступит на юг, это вам принцесса сказала?..

— Ну да, — ответил он и посмотрел на меня с преувеличенным испугом. — А что, на север?

— На севере нам делать нечего, — ответил я сварливо. — И вовсе не потому, что где-то там империя Вильгельма Блистательного! Просто на юге нас ждут великие дела.

Он кивнул, спросил с разочарованием:

— Всего лишь великие?

— А что вам еще?

— Ну… а когда будут величайшие?

— Будут, — ответил я мрачно, сердце сжалось, величайшим делом будет схватка с приближающимся Маркусом.

 — Ох, граф, все бы вам драться, подвиги совершать, по колено в крови бродить… Брали бы пример со своего сюзерена! В монахи чуть не подался…

Глава 8

Он отшатнулся, перекрестился в непритворном испуге.

— Сэр Ричард! Хватит с нас одного Карла!..