Ричард Длинные Руки – маркиз

Могли бы учиться, развивать науку, искусство, так нет же: занятие для неблагородных! Разве дворянин унизится до того, чтобы познавать тайны природы, рисовать или смотреть в телескоп на небо?

Да что там науки… Дворянин даже грамоте не учится, это дело для простого люда. Впрочем, в этом мире свои особенности: здесь даже простолюдин не имеет права учиться читать и писать, оставаясь тем, кем был. Хочешь учиться грамоте – ступай в маги. Там с тебя сперва возьмут подписку о неразглашении, а потом уже давай овладевай знаниями.

Вернее, учись читать, что написано в уцелевших книгах, инструкциях, косметических рецептах и прочем спаме…

За спиной послышался щебечущий голос:

– Маркиз, вы слишком долго делаете вид, что вам с нами неинтересно! Мы могли бы уйти за это время.

Я чуть повернул голову. Леди Элизабет смотрит победно, в глазах ирония, мол, поймала, на красиво очерченных губах играет улыбка.

– Но вы же не ушли?

Она нахмурилась.

– Полагаете, вы этим выиграли? Ошибаетесь!

Она резко повернулась, я слышал, как застучали, удаляясь, ее каблучки. Голоса ее свиты тоже затихли синхронно, а я, получив таким не совсем учтивым образом освобождение от уз светскости, отправился в свою комнату.

Стражи в коридоре встретили меня улыбками, один даже поприветствовал, стукнув тупым концом копья в пол. Я прикрыл за собой дверь, повалился на ложе и закинул руки за голову.

Юг разочаровал, это бесспорно.

Не знаю, что я ждал, но это должно было быть нечто ужасающе мрачное, грозное, всеобъемлющее. Я должен был сжаться в диком страхе, как мошка под ступней слона, а не разваливаться, словно лакей на кровати уехавшего на охоту барина…

Раздался стук в дверь, я сказал громко:

– Открыто!

В дверях появился высокий и роскошнейший бюст, а следом за ним вошла леди Габриэлла. Приподнятость и подпертость корсетом не дает бюсту колыхаться и даже подрагивать, что так привлекает внимание, потому от бюста леди Габриэллы ни один мужчина не способен оторвать взгляда.

Я поспешно встал, мои глаза, как намагниченные, повернуты в сторону этого поднятого почти под подбородок чуда сексапильности. Леди Габриэлла покровительственно улыбнулась, женщины – чуткий народ, наверняка ощущает мой взгляд, как ощупывающие руки, вон глазки заблестели и щечки зарумянились еще больше.