Ричард Длинные Руки – курфюрст

После холодной закуски принесли горячую, я ел быстро, король лениво погрыз чуть гусиную лапку и бросил ее под стол, там довольно клацнули зубы, мгновенно захрустели перемалываемые тонкие косточки и снова продолжился труд над кабанчиком.

Не переставая работать над гусем, я очень подробно рассказал, как вторглись в Гандерсгейм, как войска из Фоссано, мудро и своевременно посланные Его Величеством, с легкостью захватывали королевства… да-да, королевства!.. не меньше двух десятков захватили с ходу, потом вышли к океану, а в это время я начал строительство большого флота из гигантских кораблей, вы не поверите, Ваше Величество, каких огромных, а сам на двух каравеллах, так называются гиганты чуть поменьше, совершил рейд в океан и обнаружил там целый архипелаг, который Его императорское Величество Генрих Третий пожаловал мне вместе с титулом эрцгерцога…

Он пробормотал:

– Уже эрцгерцог?.

. Господи, а еще не вечер.

Сэр Уильям явился раньше, чем я предполагал, еще от двери сказал успокаивающе:

– Важных вопросов не было, а мелочи разберут сэр Теодор и сэр Каспар.

Я с вашего милостивого разрешения их давно натаскиваю.

– Разумно, – сказал Барбаросса.

Сэр Уильям спросил с интересом:

– Что наш дорогой друг сумел украсть кроме подсвечников?

– И двух полков отборной конницы, – проворчал Барбаросса, – но пока темнит.

– Значит, – предположил сэр Уильям, – сопрет, так уж сопрет… Сэр Ричард?

Он, как и король, посматривал на меня с непонятным удивлением в глазах, а когда на лице начало проступать выражение крайней подозрительности, я спросил прямо:

– Сэр Уильям, что-то случилось?

– Не знаю, – ответил он.

 – Это, вообще-то, вопрос к вам, сэр Ричард.

– Какой?

– Что-то случилось? – произнес он с расстановкой. – Точнее, катастрофа?

– Ну почему, – пробормотал я с неудовольствием, – как я, так и катастрофа…

– Серьезный вы больно, – пояснил он.

 – Все прошлые разы, когда мы виделись, вы сверкали и бурлили, как водопад шуток и острот, кусали и злили, а сейчас вас не отличить вон от тех статуй. Или настолько огосударствились?

Я помолчал, вздохнул и ощутил, что прозвучало настолько тяжело, что да, катастрофа, мне не до шуточек.

– Все вместе взятое, сэр Уильям. Короны, оказывается, тяжелые штуки. На мне сейчас эрцгерцожья, и то шея подламывается. Соболезную Его Величеству.