Ричард Длинные Руки – курфюрст

Логирд прошелестел едва слышно:

– Он в вас, сэр Ричард… Отныне в вас и пребудет… Самое большее, что можете сделать – не пользоваться его мощью.

– Вот и не буду, – отрезал я. – Это нечистая мощь.

– Мощь, – шепнул он, – как многие ошибочно полагают, не может быть чистой или нечистой… Дескать, просто мощь. И вы не утерпите…

– Утерплю, – пообещал я.

В сгустке тумана темные впадины глазных ям стали глубже и чернее, проглянуло жуткое небо, во мне застыла кровь, когда я увидел далекие холодные звезды.

– Человек, – произнес он совсем тихо, – может удержаться от всего.

Но не от применения силы. Весь человек… в силе… И вы станете Темным. Это неизбежно…

– Логирд!

– Станете, – повторил он, – если только…

– Что?

– Если только, – договорил он, – если в вас мощи не меньше…

Он таял на глазах, я вскрикнул:

– Логирд! Не уходи!

– Еще вернусь, – донесся затихающий голос. – Еще не конец…

Он исчез, а я остался сидеть в той же глупой позе, когда один сапог лежит на ковре, а второй на мне.

Логирд прибыл вовремя или не вовремя, это с какой стороны смотреть, со дна сознания как раз начала было всплывать соблазнительная мысль воспользоваться темной силой, а то и черной короной. Драконом вряд ли здесь смогу, это потухребтовая возможность, даже птеродактилем, но все равно что-то да сумел бы, я же гуманист и человек высокой культуры, мне соблюдать рыцарство ни к чему, мне нужен результат…

Два чашки горячего крепчайшего кофе ошпарили горло и внутренности, заставили сердце стучать чаще, разгоняя застывшую, как у глубоководной рыбы, кровь.

Внутри черепа стало горячо, усидеть не удается, я вскочил и, сорвав в раздражении с ноги и второй сапог, пошел мерить крупными шагами комнату.

Хоть головой бейся о стену, но пока ничего не идет в череп, кроме совсем уж дури. Нет, точно надо еще кофе…

Глава 4

Слуга поклонился с порога, в глазах я увидел выражение сочувствия успешного человека к уже свалившемуся с коня на полном скаку не то в грязь, не то на камни.

– Ваша светлость, вы так и не заснули?

– Слышно было, – спросил я, – как топал?

– По стене, – уточнил он, – и потолку.

– Это я головой бился, – объяснил я. – Кстати, помогает. Рекомендую. А стена уже и была поцарапанная.

Он вздохнул.

– Да-да, и во вмятинах. Завтрак сюда подать или в общем зале?

– Позавтракаю в дороге, – сообщил я. – Надо спешить. Передайте его светлости Уильяму Маршаллу, что смиренно прошу перед отъездом аудиенции у Его Величества.