Ричард Длинные Руки – фюрст

Я не случайно напоминаю всем время от времени, что они теперь не пираты, а все до одного дворяне, благородные люди, а их командиры – титулованные вельможи.

Они дисциплинированно остановились вдоль стены, я хотел пройтись по каюте для важности, но качает, солидность растеряется, потому просто уперся обеими руками в столешницу, подо мной карта, так выгляжу внушительнее, и сказал уверенным тоном:

– С нами пойдет капитан корабля «Бесстрашный» Дэвид Ганшилд. «Бесстрашный», чтоб вы знали, это вот то, что прыгает под нами на каждой волне.

Юрген поморщился.

– Пленный?.. Вы ему настолько доверяете?

– Здесь не рыцарство, – объяснил я, – а пираты… Потому доверяю ровно настолько, насколько ему выгодно быть с нами. А ему… очень выгодно.

– Почему?

Я ответил холодно:

– Барон Юрген, вы должны подчиняться мне и без расспросов.

Он вытянулся.

– Простите, ваша светлость! Я выполню любое ваше повеление. Без расспросов.

– Хорошо, – сказал я милостиво, – ну, тогда… я пообещал капитану Дэвиду за его сотрудничество вернуть тот крохотный кораблик. Это для нас… хи-хи… шлюпка с парусом, а для него… это все!

Пираты заулыбались, Юрген посветлел лицом, поднес руку к красной тряпке на голове.

– Ваша светлость!.. Счастлив служить под вашим командованием!

– Еще не то скажете, – заверил я, – когда будем возвращаться.

Капитан Ганшилд снова занял место на мостике когга, гордый и набундюченный сверх меры, с ним еще двое из его команды. Больше я взять не позволил, да Ганшилд и не настаивал. Как я понял, он сам не очень доверяет остальным в таких вопросах. Одно дело – перевезти товар с острова на остров, пусть даже те далеко один от другого, и совсем иное – предложить принять участие в грозящем неприятностями деле.

Берег приближался, я поднялся на мостик и сказал вполголоса:

– Перестаньте нервничать… капитан.

Он бросил на меня настороженный взгляд.

– Это вы… не сорвитесь. Все должны видеть, что главный здесь я.

– Так и есть, – сказал я.

– Тогда прочь с мостика, – велел он. – Только капитан имеет право…

Я приложил два пальца к виску.

– Так точно, капитан.

На горизонте появились смутные силуэты, словно размытая акварель, медленно проступили вершины двух гор, стали зримо четкими, резкими, будто обведенные углем.