Ричард Длинные Руки – вильдграф

 – А он теперь носится по свету, легко проходит сквозь стены, для него тысячу миль – один миг, видит все, что хочет, слушает, наблюдает…

– А прикоснуться?

– Этого не может, – признал я, – но для него это не такая уж и потеря. Как он говорит…

– Кем он был?

– Некромантом, – ответил я. – Причем не слишком… великим. Даже не крупным.

Маг сказал с недоверием:

– Это невозможно! Некроманты идут в ад.

– Этот носится по всему королевству, – сказал я. – Могу позвать, увидите сами…

Он сказал поспешно:

– Нет-нет, не сейчас.

Я должен сперва осмыслить.

Тем не менее я тихохонько, чтобы не услышал Гизелл, позвал Логирда. В ответ тишина, я позвал громче, настойчивее, наконец уже сосредоточился изо всех сил, чего раньше не требовалось, сконцентрировался и послал четкий зов.

Увы, похоже, и Логирд ограничен в передвижениях, как тот же Подземный Вихрь или даже всемогущие демоны Юга. То ли здесь маги обезопасили свой Гандерсгейм, то ли защита действует еще со времен Древних.

Кроме общего закона: магия Юга не может преодолеть барьеры Севера, а северная – защиту Юга, наверняка есть и региональные запреты и просто закрытые зоны, как с различными уровнями допуска. Это не значит, конечно, что маги постоянно не пробуют защиту противника или просто соседа на прочность с разными новыми штучками и заклинаниями, но против старых защита срабатывает пока что без сбоев.

– Я сам был воином, – хрипло заговорил он с кривой усмешкой то ли презрения, то ли снисхождения к своей дурости.

 – Носился по землям с обнаженным мечом, рубил, грабил, насиловал… Только мне, в отличие от других, хватило и десятка лет, чтобы начинать понимать…

Он задумался, пожевал дряблыми губами. Я не дождался, спросил тихо:

– Чего?

Он прошепелявил беззубым ртом:

– Сам не знаю. Начало казаться, что этого мало. Десять лет, двадцать, тридцать… Если не погибну раньше, то так и буду до глубокой старости одно и то же?.. Двадцатая изнасилованная ничем не отличается от второй или третьей, а уж двухсотая…

– И что? – спросил я осторожно.

 – Магия?

Он кивнул.

– Да. Мне было сорок лет, когда я ушел из отряда Черных Беркутов, где из десятников уже стал сотником, а в сорок пять изучил первое заклятие. В пятьдесят мог составлять их сам, хоть и самые простенькие. Сейчас мне семьдесят, я на пороге великих открытий… но старость держит за горло, дряхлость лишила силы, а смерть по ночам дышит в лицо.