Ричард Длинные Руки – монарх

Это же в память о заслугах предков!

– Заслуги предков принадлежат Отечеству, – сказал я высокопарно, – а не отдельным всяким нахлебникам… Ишь, прадед совершил подвиг, может быть, даже погиб, а дивиденды получает внук?

Он усмехнулся.

– Но род один…

– Каждый отвечает за себя, – отрезал я. – Так и в Писании сказано. Нечего жить заслугами предков! Никаких привилегий.

– Кроме тех, – сказал Зигфрид, – которые установит Ваше Величество.

Я кивком указал на него Альбрехту.

– Слышишь глас народа?

– Ваше Величество, – ответил Альбрехт с укором, – это само собой разумеется.

Ротильда, вся в пышных и красных, как закатное небо, волосах, сидит в ночной сорочке на краю кровати и быстро просматривает бумаги. Услышав шорох откидываемого полога, вскинула голову, лицо осветилось такой искренней радостью, что я усомнился, будто в самом деле уже знаю пределы женских хитростей и притворства.

– Мой король, – проговорила она счастливо, – уж прости, надо было сперва одеться…

– Не так уж и надо, – великодушно сказал я.

– Ах, Ваше Величество!

– Ротильда, – сказал я серьезно. – Мне надо отлучиться по делам службы.

– Службы?

– Я служу королем, – напомнил я, – не забыла? Так что увидимся не совсем скоро… Ох, да не ликуй так уж откровенно, это же обидно.

Она вскрикнула:

– Ваше Величество! Какое ликование, я безумно огорчена!

– Вижу, – сказал я, – все расцвела моментально.

– Ваше Величество, – запротестовала она, – я обижусь.

– Ладно, – сказал я и остановил ее жестом. – Слушай. У меня для тебя две новости. С какой начинать?

– С хорошей, – ответила она.

Я изумился.

– А кто сказал, что есть и хорошая?.. В общем, так. Я уезжаю, но присматривать за тобой буду. Ты из тех женщин, за которыми нужен глаз да глаз.

– Ваше Величество?

– Все серьезные документы, – предупредил я, – после твоей подписи должны визироваться мною.

Она посмотрела на меня исподлобья.

– А я надеялась…

– На что?

Она объяснила тихим голосом обиженного ребенка:

– Ваша победа над Мунтвигом должна была укрепить и мое положение, я ведь ваша жена!

– Ваше положение, – сказал я, – моя королева… отныне незыблемо. И ваши слова имеют больший, чем раньше, вес. За вашей спиной все теперь видят Ричарда Завоевателя, а не просто принца-консорта.