Все женщины – химеры

Мариэтта прошлась вдоль стены, стараясь не вступать в лужи крови, что все еще растекается, обиженная, что не дают свернуться.

– О-го-го, – произнесла она озабоченно, – эти ребята любят стрелять… Что здесь еще не изрешетили? Потолок?

Синенко, не глядя, указал большим пальцем вверх.

– Туда тоже выпустили очередь. Но не прицельно, видишь?

– Да, – согласилась она, – кто-то уже в агонии нажал на спуск. После того, как некто всадил пулю ему прямо между бровей. Прекрасный выстрел!

– Какие сволочи, – сказал я плачущим голосом.

– Правда? – спросил Синенко.

– А что, не видно? – вскрикнул я. – Они всю телестену поковыряли! Смотрите, ее придется менять почти целиком!..

Карлашев и Синенко переглянулись. Я ощутил, что допустил оплошность, перешагивая через трупы и мало обращая внимания на залитый кровью пол, дескать, отмыть легко, а за телевизор платить придется. Хотя, конечно, страховка покроет…

– Сейчас прибудут эксперты, – пообещал Карлашев. – Заодно оценят и ущерб. Хотя этой ерундой вроде бы должны заниматься страховые компании?.

Синенко хмыкнул:

– Да сейчас все так быстро меняется. Как думаете, что здесь стряслось?

– В целом? – спросил Карлашев. – Задайте вопрос полегче.

Мариэтта сказала сердито:

– Можно только предполагать… И то по частям. Вот у этих двух, что один напротив другого, возник конфликт с этим вот третьим… Видимо, тот успел выстрелить первым, поразил вот этого, он ближе и опаснее, второй ударил его рукоятью пистолета, но, истекая кровью, этот успел и во второго всадить три пули…

Карлашев поморщился.

– Как-то все сумбурно… но, согласен, другие варианты выглядят так же неуклюже. Видимо, ссора у них завязалась неожиданно. Потому и такой некрасивый результат.

Она усмехнулась:

– Вы эстет, Петр Васильевич. Красивый – не красивый… Нам главное, чтоб правдивый.

Синенко уточнил:

– Правдоподобный.

– Для начальника участка? – спросила она. – Или прокурора?

Глава 8

Он кисло отмахнулся, не желая в присутствии подозреваемого раскрывать корпоративные секреты.

Карлашев сказал с иронией:

– Такого в моей практике еще не было. Четверо в лужах крови, а хозяин слушает музыку! Ничего не видел, ничего не слышал… Как такое может быть?

Синенко посмотрел на меня весело.

– Теоретически может. Потому того, что мы обнаружили, мало для обвинения. Давайте искать…

– А что скажет хозяин дома? – спросил Карлашев.

Синенко ответил вместо меня:

– Ничего не видел, ничего не слышал.