Мой друг – домовой

Ты чего? – возмутился я, хватая полотенце и пытаясь вытереть краску. Не помогло. Полотенце сразу превратилось во флаг нурглитов.

– Не притащил бы аспида домой, не пришлось бы страдать, – с миной философа ответил Нафаня.

– Так. Слушай. Уговор был? Был. Я купил паука. Он неприхотлив, сидит в аквариуме, жрет нечасто, ухода почти не требует. Все, – ехидно ответил я, стоя в центре кухни.

Нафаня многозначительно почесал подбородок дулом ружья и снова забрался в трубы под потолком.

На работе я сообразил, что поступил несколько опрометчиво, оставив домового одного с пауком.

Ладно, деньги. Зверушку жалко, если Нафаня со страха выкинет того в окно на бабушек у подъезда или еще чего учудит.

Досидев, как на иголках до конца дня, я бегом помчался домой. Прохожие недоуменно провожали меня взглядом, когда я взлетал в воздух, перепрыгивая лужи. И только у подъезда я смог перевести дух. Соседки на лавочке мило мне кивнули. Мысленно поблагодарив небеса, что Наф не додумался выкинуть паука, я быстро поднялся.

– Нафань. Я дома, – в коридоре было непривычно тихо. Сердце сдавила тяжесть. Неужели ушел, как обещал? Зайдя в комнату, я проверил аквариум. Пусто. Паука в нем не было.

Но на кухне меня ждал сюрприз. За столом сидел Нафаня, перед домовым стояла банка огурцов и полупустая бутылка. Напротив домового, на столе, сидел птицеед. Нафаня, деловито наклонившись, почесывал спинку паука, иногда отрываясь на то, чтобы принять очередную стопку.

– Олежка, ты прости меня. Ну, дурной.

Ты добрая зверушка. Я вон тебе и косичку заплел, – действительно, в центре брюшка торчала соломина, видом похожая на небрежную косичку. – Это барин правильно сделал, что тебя принес. А я вон орал на него. Тебя люди пугаются, меня тоже. Ты меня не боишься, я тебя тоже. Собеседник ты, ик… потрясающий.

В порыве нежности Наф чмокнул паука и, поморщившись, сплюнул на пол волоски. Заметив меня, дух завыл и кинулся мне в колени:

– Андреюшко… друг мой ситный. А мыы воот, ик… Подружились.

Я, правда, его выкинуть хотел в окно, ик… но он так посмотрел глазками своими… ик… – не закончив, Нафаня улыбнулся, всхрапнул и рухнул на пол. Олег меланхолично поежился, словно его ничего не волновало.

Вздохнув, я отнес храпящего домового в гостиную и уложил в кресло, прикрыв пледом с диванчика. Вернулся на кухню, заварил чай и отнес Олега обратно в аквариум.

– Вот кто бы мог подумать? Видимо у домовых это в крови. Любить зверушек. Даже таких, как ты, Олег.