Машины Старого мира

Девочка вздрогнула под одеялом, ведь на слове «резать» прадед громко усмехнулся. Глаза ребёнка то и дело смыкались, но она упорно старалась держать их открытыми, ведь прадеда она любила и уважала больше всех в доме.

– Учёные практически ничего не обнаружили, кроме разве что слабых изменений в размерах желудочков мозга, как при шизофрении.

– А что такое «шиофрения»? – спросила девочка, поправив под мышкой плюшевого зайца. Её заинтересовало только последнее слово, поскольку остальные она просто не запомнила.

– Болезнь такая, но тебе рано об этом знать, да и пользы от этой информации…

Прадед на секунду замолчал, переводя дух и подбирая слова, чтобы скорее закончить и так затянувшийся рассказ.

– Все, как один, они твердили, что знали о силе внутри себя давно, но почувствовали её прямое воздействие недавно. Сложившаяся ситуация выглядела как бредовый сон, – прадед повысил голос, возмущённый собственными воспоминаниями. – Когда магия неоспоримо стала частью нашего мира, этот самый мир начал изменяться под неё.

Дверь в детскую открылась, и в просвете показалась высокая мужская фигура.

– Ты опять за старое, дед, – возмутился вошедший. – Она совсем ребёнок и не понимает того, о чём ты говоришь.

– Понимаю! – запротестовала девочка, оторвав голову от подушки.

– Помолчи, – оборвал её мужчина и снова обратился к старику. – Хватит забивать ей голову. Чего ты добиваешься?

– Они всё отняли у нас, – выдохнул старик, набирая новую порцию воздуха в грудь.

Его внук знал, что за этим последует сцена. – Мы творили, создавали, хотели на Марс полететь, а что имеем теперь! Они обманули нас! Обманули всех! Восхищённые чудесами, мы проморгали захват власти и смену научной эпохи временем пустых сказок о великой и всеобъемлющей магии!

На крики прадеда из соседней комнаты пришла молодая женщина. Она выглядела встревоженно. Запахнув плотнее халат, она протиснулась в узкую щель приоткрытой двери, подходя ближе к старику.

– Пойдём, дедушка. Манис пора спать.

– Я хочу дослушать! – заявила девочка, хотя сама с трудом сдерживалась, чтобы не погрузиться в дрёму.

– Завтра, Манис, дослушаешь завтра, – мягко отозвалась мать, аккуратно взяв старика под руку. Тот не сопротивлялся, но его грудь всё ещё вздымалась от возмущения, а глаза излучали горькую тоску.

– Под видом благих намерений, девочка, они состряпали новый мир, удобный им одним.