Прутиков простудился. Часть первая

Олег, – полноватый, в просторном чёрном костюме с лоснящимися под локтями рукавами, никуда не спешащий и поэтому подошедший вторым, – принялся рассматривать многочисленные накладные карманы и застёжки, после чего добавил рассудительно:

– Ну всё. Теперь все девки твои. Так, Ириш? – повернулся он к единственной сотруднице отдела, и не дождавшись от неё ответа, всё ещё не глядя на Прутикова, спросил:

– Сколько отдал?

– За куртку-то? – уточнил Лев, – да так, четыреста пятьдесят всего, – ответил он, удивляясь неожиданному интересу к заурядному предмету гардероба.

 – Она лёгкая.

– Четыреста пятьдесят? – переспросил Лёха уважительно, – ну чё, две пары штанцов. Хороших, не Индия. И кроссы. – Кто носит фирму Адидас, тому любая баба даст! – одобряюще закончил он свою экспертную оценку популярной в узких кругах поговоркой.

– Да стойте, дайте разденусь, – попытался пресечь дальнейшие расспросы внушительным басом Лёва, теряясь от такого внимания к своей персоне.

Он снял куртку, – виновницу переполоха, – и повесил её на круглую вешалку, стоящую в углу на трех растопыренных лапах, где уже висела верхняя одежда остальных сотрудников отдела. Куртка выделялась на их фоне своим тёмно-зелёным заморским цветом и необычной фактурой ткани – с намёком на брезент, и от этого казалась ещё загадочнее. Затем водрузил на верхний крючок вязанную шапочку и размотал с шеи шарф.

– Прутиков, зайдите к Игорю Николаевичу, – заглянула в отдел Елена Петровна, кадровичка.

– Хорошо, – сказал Лев внезапно истончившимся голосом и подумал с досадой, – всё-таки зафиксировала опоздание. – Она вела табель рабочего времени.

Ириша тем временем разглаживала ладонью и ощупывала его шарф:

– Необычная шерсть. Похожа на верблюжью, но тоньше.

И, как бы невзначай, кинула ему вслед деловито:

– Мне тоже достань «Шанель», только оригинальную.

Познания Ирины в продукции лёгкой промышленности могли бы сравниться с познаниями товароведа или приёмщицы комиссионного магазина.

Она мало отличалась этим от других юных девушек и молодых женщин незамужнего возраста. Хотя, по большей части, такая их осведомленность была скорее теоретической, основанной на вдумчивом перелистывании страниц отечественных журналов и каталогов, несравнимых по толщине с каталогами зарубежными.

Прутиков вышел в коридор, раздумывая над тем, что сказать начальнику в своё оправдание.