Прутиков простудился. Часть первая

– Тогда к чему этот разговор?

– Ну, раз вы спросили, я продолжу. А разговор наш вот к чему…

Сразу после этих слов, сказанных на этот раз с явно выраженной задумчивой интонацией человека, стоящего перед нерешаемой проблемой, я с удивлением услышал трансляцию искажённого, но всегда и везде узнаваемого спокойного голоса Ирины из телефона:

– «Я вывела наш автомобиль со стоянки и врезалась сзади в пустую машину ночных визитёров… От удара сработала сирена сигнализации, которая спугнула непрошенных гостей и заставила их покинуть квартиру…»

– Как вы можете убедиться, мы располагаем не только примитивными подслушивающими устройствами.

Возможно, вас это заинтересует. Как незаурядного специалиста. Не скрою, мы у себя достигли определённых успехов в техническом развитии. Хотите поработать в этом направлении? Предлагаем равноценный обмен.

– А второй вариант?

– Придумайте сами.

– Достигли успехов. В чём. В подслушивании? В контроле? Вместо того, чтобы меняться вместе с обществом, вы хотите его контролировать.

Остановить развитие нельзя. Это закон природы. У вас нет будущего.

Ответ на мои, сказанные в запальчивости слова, прозвучал не сразу и негромко:

– Возможно, вы и правы.

В голосе, как мне показалось на этот раз, даже промелькнули нотки некоторой растерянности. Повисла пауза, намекающая на интенсивную работу мысли, кому-то явно не хотелось лишиться будущего, после чего осторожность сменилась уверенностью:

– Так помогите нам.

Но переход от смятения к убеждённости оказался слишком быстрым, чтобы попытка скрыть фальшь могла быть признана успешной.

Я сделал вид, что попался на уловку, и попытался уточнить:

– Что я должен сделать?

Голос продолжил, но на этот раз с более доверительной, приглушенной интонацией:

– Моё руководство интересует проект «Ирина Евгеньевна». Основы и принципы функционирования программы искусственного интеллекта, позволяющего предсказывать ментальное поведение человека.

Что означает, как можно предположить, контроль над сознанием. Но у нас нет интерфейса. Мы не можем её запустить. А расшифровка кода занимает слишком много времени и требует слишком больших вычислительных ресурсов. Вы понимаете?

Я «понимающе» важно кивнул.

– Вам, как единственному человеку, имеющему доступ, необходимо её активировать. И тогда мы вместе найдем выход… Кстати, почему «Ирина Евгеньевна».