Псы одичалые. Уральский криминальный роман

На лекциях в академии ничего не говорили насчет начальственного хамства, к примеру, и того, как подчиненный в таких ситуациях должен себя вести? Прав ли он, что промолчал и позволил себя унижать? Может, стоило развернуться после первого же оскорбления, уйти, а за собой громко хлопнуть дверью? Первый раз дашь спуску, второй, а дальше? Хамству, по мнению стажера, не будет ни конца, ни края. Впрочем, громко стучать дверью, наверное, позволительно лишь асам, тем, которые уже зарекомендовали себя на следственной работе, в деле показали, на что способны.

Он же… На первый снег писает и пока одному Богу известно, получится из него стоящий следователь или нет? Да, он молод, всего-навсего стажер. Однако (Вайнштейн идет по полутемному и узкому коридору второго этажа прокуратуры и несогласно крутит головой) это еще не повод для унижения человеческого достоинства. Нечестно, по его мнению, обижать того, кто не в силах ответить тем же. Это есть бой без правил, и он вряд ли уместен в прокуратуре, во взаимоотношениях прокурора и стажера. Вайнштейн шумно вздыхает и сетует на родителей, которые твердили ему на каждом шагу, что интеллигентный и воспитанный человек обязан уметь управлять своими нервами, обуздывать внезапно подступившие эмоции. Он управился со своими нервами, не дал эмоциям выплеснуться наружу. И что? Хорошо это или плохо? Не знает он ответа. Конечно, родители одобрят его поведение, особенно отец, который ни разу даже голоса не повысил на сына. Однако он, их сын, только что переживший оскорбления шефа, чувствует себя до такой степени погано, что хочется плакать или, чтобы сорвать зло, взять и ногой выпнуть какую-нибудь дверь. И это, он почему-то уверен, ему сильно поможет снять стресс, разрядиться. Вайнштейн ловит себя на мысли: а смог бы он, будучи на месте прокурора, так разговаривать с мальчишкой, невиновным ни в чем? Нет. А если виновен? Тоже нет. Он грустно усмехается. Каким сам-то он станет через двадцать лет, когда усядется в руководящее кресло? Неужто переродится, и родительское воспитание пойдет псу под хвост? Этого не может быть, потому что не может быть по определению. Корни у него другие. Впрочем (на лице вновь появляется грустная усмешка) хамами не рождаются, хамами становятся, хамами людей делает окружение, обстановка, вся общественная жизнь, в том числе и «непротивление злу». Это он где-то вычитал. Наверное, в каком-то классическом романе. Во всяком случае, не в учебниках юриспруденции.