Анатомия предательства, или Четыре жизни Константинова

– Очень красивую картину ты мне нарисовал, а я даже языка никакого не знаю, – угрюмо ответил Константинов.

– Юра, язык вообще не проблема. Выучишь за несколько месяцев. Короче, считай это официальным приглашением к сотрудничеству. Ответа сейчас не жду. Всё это очень сложно для тебя, я понимаю. Подумай. Сегодня пятнадцатое января. Пятнадцатого февраля я тебя буду ждать в ресторане «Арбат» в семь вечера. Если не согласен, можешь не приходить. Никаких действий против тебя я предпринимать не буду. Моё слово.

Но помни о папочке, – Владимир Петрович потянулся было к бутылке с коньяком, но увидев, что она пуста, проговорил, – ладно, теперь спать. Утром вставать рано. Спокойной ночи, – и лёг на своё место.

– Спокойной ночи, – ответил Константинов, улёгся поудобнее, понимая, что заснуть, несмотря на выпитое, вряд ли удастся.

Ночь прошла без сна, задремал только под утро. Проснулся от стука проводника в дверь, который громко сообщил, что через час прибываем в Москву. Владимира Петровича в купе не было.

Константинов заглянул под полку, на которой спал Владимир Петрович – вещей тоже не было.

Вернувшись в Москву, Константинов завертелся в водовороте дел, которых было много, и они все были срочные. Времени подумать о прошедшем разговоре с Владимиром Петровичем не было. Чтобы не забыть о предстоящей встрече, он записал в календаре на пятнадцатое февраля «Арбат, 19:00». При этом обвёл красным всю неделю перед пятнадцатым числом. Чтобы не забыть подумать о предложении.

До встречи в ресторане «Арбат» оставалось менее недели, а Константинов так ничего и не решил. Вариант пойти в КГБ и всё рассказать он отмёл без долгих раздумий. Он представил себе, как смешно будет выглядеть его признание в разглашении государственных секретов, которое произошло более четырёх месяцев назад. О чём он может рассказать? Как Владимир Петрович споил его водкой и он всё выболтал? Тем более что он не знает ни его фамилии, ни журнала, где он якобы работает. А скорее всего он даже не журналист и никакой не Владимир Петрович.

Но у него есть папка с чертежами, которые собственноручно сделал Константинов. Владимира Петровича, естественно, не найдут, а он загремит в тюрьму.

Есть ещё один вариант – не ходить на встречу, забыть всё как нелепый сон и продолжать работать, как и работал до этого. Надеяться, что папочка с его дурацкими рисунками никуда не попадёт и Владимир Петрович, или как там его, сдержит своё слово.