Белый царь – Иван Грозный. Книга 2

Да, а с чего вдруг Ефросинья проявляет к нему благосклонность? Или это все слухи?

– Нет, княгиня Ефросинья Андреевна на самом деле благоволит к Фоме. Но почему, тот и сам не ведает.

– Надо это узнать, Кирьян!

– А как, князь, коли сам Фома ничего не знает?

– Сам-то как думаешь, отчего такое отношение княгини к пришлому холопу?

– Я думаю, жалеет она его.

– А чего его жалеть? Он убогий, что ли?

– Нет, но и не нормальный. На юродивого смахивает. Весь в чирьях, в рванье ходит, за собой не следит.

– Тогда понятно. У нас к таким убогим действительно благоволят. Ладно, ступай, делами занимайся. К родственнику своему будешь ходить по разрешению княжича.

– Слушаюсь!

Отпустив слугу, Ургин посмотрел на сына и спросил:

– Что скажешь про беглого холопа, а ныне послушника Соловецкого монастыря?

– Скажу, что он, видимо, замешан в гибели царевича Дмитрия. Осознал вину и ушел в обитель, грех свой замаливать.

– Может, он имел другую причину бежать от Старицких?

– Что ты имеешь в виду?

– Коли заговор против царевича на совести княгини, а я уверен, что так оно и есть, то Ефросинье не нужны ни исполнители убийства, ни свидетели. Кузьму Бородатого, прямого виновника гибели Дмитрия, зарезали в лесу, рядом с рекой сразу же, как стало известно о гибели наследника. Кто убил его, а потом с камнем на шее бросил в реку? Тот, кто все время находился рядом, не обязательно на струге.

– Но все это только предположения, отец.

– Да, а чтобы добыть доказательства, надо учинить допрос самому Федору Курилину, который теперь зовет себя Кучером.

– Уж не задумал ли ты поездку на Соловки?

– Отчего нет? В дороге развеюсь, новые места посмотрю. Судя по всему, в поход на Ливонию государь мою дружину не пошлет. Или ее поведет другой воевода. А что мне делать на Москве?

– Государю о своих намерениях докладывать будешь?

– А как же? Без этого нельзя.

– Рисковое дело ты замыслил, отец. Коли Ефросинья прознает, что ты начал дознание по делу гибели царевича, то натравит на тебя всех своих собак.

– Но мы же, Ургины, тоже кое-чего стоим, да, Алексей? Или не так?

– Так-то оно так, только это дело надо хорошенько обдумать.

– Ты еще отца поучи!..

– Прости, батюшка. Может, уговоришь царя и меня с тобой отпустить? Все надежней.