Эльдар. Светлое и тёмное

Сделав один круг, он увидел нас и тут же стремительно кинулся в атаку.

– Давай, Эльдар. Я защищаю! – уже не таясь воскликнул белобрысый, и взял на изготовку увесистую палку. Я громко выругался, и снова попытался уловить врага в просвет. Счет шел на мгновенья – или я попаду в него, или он ужалит меня.

– Агра вера терра ла верва!

Попал! После попадания заклинания четыре полупрозрачных крыла, по виду напоминающих стрекозьи, перестали биться в такт, и москит рухнул вниз, словно наткнувшись на невидимую стену.

– Бей его, быстро! – тут же приказал я Эллою. – Эффект продлиться недолго!

Парень не стал мешкать – сделав несколько быстрых шагов, он ловко наступил на беснующееся в траве насекомое.

– Это уже которое? – поинтересовался я.

– Десятое.

– Отлично. Просто великолепно! – отозвался я.

И я не преувеличивал. Красные москиты вышли достойными соперниками – небольшими, словно воробьи, юркими, словно шмели, и неприятными, словно укол крапивы. Словом, они оказались куда сложнее привычных мне ворон.

И я ликовал. Ай да Эльдар. Ай да я. Вот кто бы мог подумать? А вот никто. А я раз – и превозмог все ожидания. Не важно, что никто от меня ничего не ждал. Даже я от себя не ждал. Но я раз – и их превысил. Раз – и превозмог. Раз – и показал себе, на что я вообще способен. Вот, я не мог, а теперь – могу. Могу через не могу. И кто теперь молодец? Я молодец. И потому – ай да я, темный маг Эльдар.

– Передохнем? – не спросил, а скорее предложил я напарнику.

– Отдохнем, – с неизменной улыбкой ответил он.

Разложив небольшой костер, я стал осматривать открывшиеся мне виды. Голубое небо гордо взирало на бирюзовую гладь пруда, дальний берег которого совершенно терялся от моего взора. Из травы доносилось гордое стрекотание кузнечиков, а из воды – сытое квохтанье лягушек. Изредка набегающий ветер нехотя шевелил высокие поросли молодой осоки, и мягкие кроны кое-где торчащих берез и ив. Поскольку мы вышли рано, солнце еще не успело добраться до самой высшей точки, а потому просто нежно освещало нас ласковыми лучами.

Мило, спокойно, безмятежно. Просто сказка.

Но вскоре эта безмятежность была нарушена самым грубым образом.

Вначале мы услышал отдаленную тихую ругань. Затем ругательства стали громче, и к ним добавился громкий треск ветвей. Мы напряглись, гадая, что происходит. Но судя по речи, которая становилась все ближе и ближе, к озеру пробирался какой-то путник.