Пожиратель душ. Об ангелах, демонах и потусторонних кошмарах

Тот существовал на других планетах – затейливые телескопы астрономов обнаружили его присутствие на беспорядочно разбросанных по небу пылающих звездах, из-за которых ночное небо над Бел-Ярнаком превращалось в зеркало, отражавшее искрометное великолепие города, в пурпурный звездный гобелен, на котором вышивали узоры три луны. Поэтому Торазор не переставал трудиться под Черным минаретом, сложенным из блестящего оникса.

Он терпел неудачу за неудачей и в конце концов решил, что сможет отыскать заветный эликсир лишь с божественной помощью.

Но не мелких идолов или богов добра и зла святотатственно призвал Торазор из Бездны, а самого Друм-ависту, Того-что-живет-по-ту-сторону, его темное сиятельство. Ибо разум Торазора помутился; от многолетнего труда и многочисленных неудач им владела лишь одна мысль. Поэтому он совершил запретный ритуал: начертил Семь Кругов и произнес имя, пробудившее Друм-ависту от его сонных дум.

На Черный минарет стремительно упала тень. Но Бел-Ярнак остался невозмутим; славный и прекрасный город по-прежнему сиял, несмотря на странные тонкие голоса, что раздались на его улицах.

Горе, горе Бел-Ярнаку! Тень сгущалась, пока не охватила весь Черный минарет; полуночная мгла зловеще окутала колдуна Торазора. Он был один в своих покоях; ни луча света не проникало сквозь жуткую тьму, возвещавшую о приходе Его Темного Сиятельства. Медленно, тягуче перед Торазором встала фигура. Жрец вскрикнул и отвел глаза, ибо душа любого, кто взглянет на Того-что-живет-по-ту-сторону, обречена на вечные муки.

Голос божества раскатился под Черным минаретом, словно звон гигантского набатного колокола. Но слышал его только Торазор, ведь он единственный призвал Друм-ависту.

– Кто потревожил мой сон?! – вскричал бог. – Теперь мои грезы порваны в клочья и мне придется сплести новые. Множество миров огромного космоса ты разрушил, но есть другие миры и другие грезы, – быть может, и на этой планетке я найду чем развлечься. Ведь не зря меня прозвали Насмешником.

Пряча глаза и дрожа от страха, Торазор ответил:

– О великий Друм-ависта, имя твое мне известно; я его произнес.

Но даже тебя не минует злой рок, если ты откажешься исполнить одно пожелание того, кто тебя призвал.

Тьма задрожала и запульсировала.

– Так приказывай, – иронично ответил Друм-ависта. – О ничтожный глупец, приказывай своему богу! Испокон веков люди желали подчинить себе богов, но так и не преуспели в этом.

Но Торазор не внял предостережению.