Пожиратель душ. Об ангелах, демонах и потусторонних кошмарах

На последнем десятке ярдов ее покрывала зеленая слизь. Хартли ступил в ледяную воду, доходившую до лодыжек, одна его нога провалилась в яму, и он тяжело плюхнулся в болото, вывихнув ступню. Падая, он резко дернулся вбок, ощущая движение воздуха – признак близости чудовища.

Хартли выставил перед собой руки, и они вдруг погрузились во что-то мягкое и липкое, начавшее неумолимо всасывать их. Художник с хриплым криком выдернул руки из зыбучей топи и перекатился на твердую дорогу. Он услышал выстрел, увидел, растянувшись посреди слизи, как над ним нависла чудовищная маска воплощенного ужаса.

Грохотали моторы. До Хартли донеслись ободряющие крики.

Тварь остановилась и отступила, и Хартли, вспомнив о пистолете, выхватил его из-за пояса. Он выстрелил в упор, и одновременно с его выстрелом грянул залп со стороны машин. Над художником просвистел свинец, плечо обожгла резкая боль.

Внезапно из чудовища, как из громадного бурдюка, пробитого в дюжине мест, хлынула черная тошнотворная жижа. Хрипло хватая ртом воздух, тварь зашлепала в сторону, неуклюже, кренясь набок, прыгнула в придорожную трясину и быстро пошла ко дну.

Трясина поглотила ее. Гигантские задние лапы, черные, блестящие, мускулистые, скрылись почти мгновенно, а за ними – удлиненное, болезненно-белое брюхо. Хартли, едва не теряя сознание от тошноты, почувствовал, как его подхватили и поставили на ноги, услышал голоса, звучавшие словно вдалеке.

Но его взгляд был прикован к жуткой твари, тонувшей в десятке ярдов от него, к перепончатым лапам со шпорами и острыми, как пики, когтями, отчаянно месившими болотную жижу, к страшной бесформенной голове, болтавшейся туда-сюда в агонии.

Из распахнутой пасти вырывались зловещее кваканье, ужасное хриплое рычание, в котором вдруг послышались знакомые, внятные и членораздельные слова: бешеные проклятия, которые могли сорваться с языка давно умершего человека.

Люди отступили, побледнев от отвращения, и Хартли опустился на колени. Его тошнило, он мучительно стонал от ужаса.

А тварь, захлебываясь болотной жижей, рычала:

– Арррргх… ухх… вы… Будьте вы прокляты! Будьте вы все прокляты! Персис Уинторп проклинает вас, да сгниет ваша плоть, да провалитесь вы все в…

Страшные проклятия оборвал булькающий вскрик, который почти сразу заглох. Трясина ненадолго всколыхнулась, на ее поверхности образовался и лопнул огромный пузырь, и на Северные болота вновь опустилась вековая тишина.

Захватчики

– А, это вы, – сказал Хейворд.