Четыре серых цыпленка Мистера А

«Или, – предполагала Мария, – она потеряла шанс вернуться, если не получится».

Когда Зои вошла в их дом, Мария не особо поладила с ней и, как показалось Альберту, не предпринимала ярых попыток сойтись с приёмной дочерью. Однако Альберт не отступал. Он продолжал окружать девочку заботой и вниманием. Под маской отчуждения он видел совершенно другую девочку.

Она показалась ему маленьким раннеутренним солнышком для мёрзнущего охотника позагорать, тянущего свои окоченевшие руки и подставляющего гусиную кожу груди под нежное, ещё такое невинное и несмелое тепло её души.

Как аромат первого испечённого хлеба после зимы, как кошка, переступающая порог, Зои плавно, осторожно втекла в обиталище его небесной частицы, сияя большими карими глазами. Мягкие маленькие руки, не приученные к труду, аккуратно подстриженные ногти, параллельно заплетённые косички, улыбка зубами – дожидающаяся родителей опрятность могла прикрыть, но не прогнать и отпустить искренность веснушчатых щёк и пляшущих пальцев в сандалиях. Альберт сразу проникся к девочке и полюбил её переменчивый характер.

Улыбнувшись, он мысленно поцеловал лоб Зои и чуть прикрыл дверь, так, чтобы она не проснулась от света из коридора и чтобы ночные монстры её не беспокоили. Отправляясь в душ, он осознавал, как ему повезло. Любимая жена, дочь, работа. Всё это он когда-то имел, потерял и теперь обретал вновь. Склонив голову набок, вытянув руки вперёд, безволосая, с облезлым черепом его первая жена держала за руку трёхлетнего ребёнка с затянутым дымкой лицом и звала Альберта к себе.

Они стояли в серой увядающей траве, но вокруг благоухали розы. Ребёнок чуть покачивался из стороны в сторону, а его мать улыбалась Альберту белоснежными зубами. Альберт ёжился, но тоже улыбался.

«Скоро они перестанут меня преследовать, – успокаивал он себя. – Совсем скоро».

Глава восьмая

Рим

– Когда тебе предлагают восемьдесят тысяч за то, чтобы ты ел и спал, ты недолго думаешь, ага?

– Я фмогу купить фебе новый компьютеы.

– На кое-что нужно.

– В жизни шанс нужно ловить, сечёшь? Сегодня здесь, завтра там. Хватай пирог, пока на тарелке ещё что-то осталось.

Проводя время в любимой очереди в центре по изучению депривации сна, Рим выслушивал разговоры присутствующих. Перепачканные пыльным уличным мнением, как он думал о них, люди общались так, будто пытались уличить других в большей глупости, чем совершали сами.