Куколка

Сперва долго бибикал зуммер «Занято!» – большая редкость для здешнего порта, захолустья, не избалованного наплывом кораблей. Потом голос информателлы приветливо сообщил:

– В связи с повышением фоновой активности в секторе, превышающей рубеж Трингера, все рейсы отменены до шести часов утра. Корабли, ранее вылетевшие рейсом на Борго, а также следовавшие транзитом, не принимаются. Им рекомендовано совершить посадку на Чейдау. Администрация приносит извинения…

– Перестраховщики! – возмутилась хозяйка. Нож молнией замелькал в ее руках.

Окажись под лезвием не овощи, а чрезмерно осторожные диспетчеры космопорта, им бы не поздоровилось. – Фоновая активность! Еще никаких флуктуаций нет и в помине, еще неизвестно, появятся ли они вообще, а наши боягузы уже запирают ворота! Представляю, что сейчас творится на Чейдау!

– Он прилетит, – заметил седой. – Не волнуйтесь, Фелиция. Он обещал, значит, прилетит. Ждать и не дождаться – лишняя боль. Он не захочет причинять эту боль нам, поверьте.

– Ясное дело, прилетит! Для кого я готовлю этот банкет? Если хоть одна крупица испортится, я задушу его тем галстуком, который купила маленькому негодяю в подарок…

Лысый вернулся на веранду.

Держа в правой руке вялого блондина, левой он взял с гвоздя троицу кукол, закрепленную на общей ваге. Все трое были вехденами, наряженными в полувоенный камуфляж. Один дул в трубу, второй бренчал на гитаре, третий с упоением колотил в барабан.

Управлять куклами можно было как всеми сразу, так и по очереди.

– Я давно хотел спросить тебя, Гишер, – сказал щеголь.

 – Ты говоришь: боль. Так спокойно, деловито… Каково быть экзекутором?

Седой свернул очередную самокрутку.

– Нормально. Я из трудовой династии. Отец, дед, прадед… Ничего другого не знаю.

– Но боль! Причинять людям боль…

– Горячий чайник тоже причиняет боль. Если ткнуть в него пальцем или сдуру хлебнуть из носика. А прокаженный боли не испытывает. Гниет себе помаленьку – безболезненно. У меня никто из пытуемых не умер. Живы-здоровы – эти на свободу вышли, те схлопотали пожизненное.

С некоторыми я переписываюсь. Жена, дети, хлопоты, новости. В гости, между прочим, зовут!

– Не понимаю, – честно признался лысый.

– Нечего тут понимать. Я вот тоже не понимаю, с какой радости ты зовешь клиента куклой. Ты же его не водишь в прямом смысле слова?

Лысый улыбнулся.

– Я его не вожу. Я его работаю. Но сейчас я на пенсии. Извини, что затеял этот разговор.

– Ладно. Я привык.

– Еще по маленькой?

– Давай.