Приют героев

– Вы же собирались вновь открыть «Приют героев» для постояльцев? С завтрашнего утра, если не ошибаюсь? Так к чему откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня? Я – ваш первый постоялец, сударь. Вы счастливы?

Вместо счастья на лице почетного члена Гильдии Отельеров отразилось смятение чувств. Но, к чести хозяина, Трепчик справился с ним на удивление быстро.

– Милости просим, ваша светлость! Останетесь премного довольны!

– Не сомневаюсь…

– Какой номер желаете?

– Лучший, разумеется.

– К вашим услугам.

Смею только заметить, что на белой половине с завтрашнего дня ремонт…

– Меня устроит черная половина. Я не суеверен. Надеюсь, ваши черные… э-э… клиенты не придерживаются крайнего аскетизма?

– Ни в коей мере! Строго между нами, номера Вечерней Зари существенно комфортабельней… Будьте уверены! Вот, прошу, запишитесь в книге…

Барон обмакнул гусиное перо в чернильницу.

– Апартаменты, где жили пропавшие без вести квесторы, также зарегистрируйте на меня. Я оплачу полную стоимость.

– Д-д-да как же?.. д-да что же… – хозяин вдруг стал заикаться наподобие камердинера.

– Во избежание. Вы хорошо поняли, сударь Трепчик? И все – подчеркиваю, все ключи от этих комнат должны быть у меня.

– Понял, ваша светлость! Предоставлю немедленно!

– Позвольте засвидетельствовать вам свое уважение, ваша светлость, – вмешался Тэрц. – Чрезвычайно разумное решение. И безукоризненное с точки зрения соответствия букве закона. Как лицо частное, вы, конечно… но, с другой стороны, как высокопоставленный сотрудник Бдительного Приказа, имеете полное право… В интересах следствия и сохранности имущества…

Болтовню стряпчего Конрад пропустил мимо ушей, мало-помалу начиная привыкать.

Удивило другое: пару минут крючок ухитрялся хранить молчание.

– Лишь об одном осмелюсь просить вашу светлость…

– Да? – Барон слегка приподнял левую бровь.

– Ежели другие постояльцы объявятся, вы им не рассказывайте лишнего, хорошо? – Трепчик просительно заглянул в лицо барону снизу вверх, чем надолго снискал расположение Конрада.

 – Отвадите народ, а я и так потерпел убытки сверх всякой меры…

– Неужели вы думаете, сударь, что я стану с первым встречным обсуждать вопросы, касающиеся моих прямых служебных обязанностей? Вопросы, могущие нарушить тайну следствия?

От тона обер-квизитора Трепчика явственно мороз продрал по коже. Хозяин даже не успел сообразить, что ответ, в сущности, полностью соответствует его чаяниям.