Рассказы ночной стражи

Он молчал, лицо его оставалось спокойным, хотя и хранило последствия бессонницы. Я пытался понять, о чем он думает, и не мог.

Вкус чая показался мне странным. Он горчил и отдавал морем. В точности так я себя и чувствовал – если вы понимаете, о чем я.

В дверях возник слуга:

– Я привел его, господин.

– Пусть войдет.

Слуга исчез. Вместо него объявился Мигеру: босиком и без клюки. Каонай опустился на колени, коснулся лбом пола и замер. Ясухиро не удостоил его взгляда.

– Рэйден-сан, велите вашему слуге, чтобы снял маску.

Да, и пусть замотает голову тряпкой. Как те безликие, что не на службе.

Спрашивать, зачем это надо, я не стал. Безумен сенсей или разумен, лучше делать так, как он велит, и не задавать лишних вопросов.

– Мигеру, у тебя есть тряпка для лица?

– Да, господин.

– Сделай то, что приказал господин Ясухиро.

– Да, господин.

Оставаясь на коленях, Мигеру развернулся вполоборота к нам – чтобы не оказаться к господам спиной, но и не оскорбить их видом своей лицевой плоти – и принялся стаскивать маску.

– Готово, господин.

Сенсей поднялся на ноги. Он сделал это с легкостью, какая не вязалась с его внешним видом. Достав из лакированного шкафа покрывало, расшитое тигровыми лилиями, Ясухиро швырнул его Мигеру.

– Пусть ваш слуга завернет маску в покрывало, как если бы нес ее в мешке.

– Выполняй, Мигеру.

Нет, это не безумие. Это семейное. В свое время Цуиёши продемонстрировал мне поединок в скалах, свидетелем которому оказался. Сенсей собирался сделать то же самое в отношении убийства безликого.

«Один показ лучше дюжины объяснений,» – повторял он на занятиях. И слова Ясухиро никогда не расходились с делом.

Сейчас он возьмет деревянный боккэн из стойки с оружием – и покажет на Мигеру, как все произошло. Я удивился тому, что сенсей, не желая обращаться к безликому напрямую, все-таки не брезгует продемонстрировать на каонай свое мастерство – и решил отложить это напоследок, когда у меня появится время для размышлений.

– Пусть ваш слуга встанет.

Пускай возьмет «мешок» с маской двумя руками.

Я не стал повторять слова сенсея. Я просто кивнул. Уверен, Мигеру следил за каждым моим движением.

Каонай встал.

Лишь на миг я выпустил Ясухиро из поля зрения, а когда вновь перевел взгляд на сенсея, в руках его блестела сталь! В один шаг хозяин дома преодолел расстояние, отделявшее его от безликого, и нанес удар боевым мечом – фамильным клинком, наследством, доставшимся сенсею от предков.