Сто страшных историй

Она затряслась, как в приступе лихорадки:

– Господин, я…

– Тебе нужно присмотреть за коптильней?

– Да, господин! Простите, господин!

Оказывается, гнева мужа – или свекрови в его теле – она все-таки боится больше, чем меня. Недоглядит за тофу – гнев не заставит себя ждать.

– Это надолго?

– Нет, господин! Тофу почти готов.

– Я подожду. Ты помнишь, где похоронили Котонэ? Сможешь найти ее могилу?

– Да, господин!

И решилась с самоубийственной отвагой:

– Может быть, вам лучше подождать в доме? Я быстро!

В дом я входить не стал.

Поднялся на веранду, сложил зонт. Асами заглянула под крышку, уверилась, что тофу прокоптился в меру – и принялась выкладывать плотные благоухающие брикеты цвета старого меда на широкую доску. Насколько я знаю, после копчения тофу требуется остыть. Если кладбище и правда рядом – успеем обернуться туда-обратно. А там, глядишь, и Мэмору объявится.

Краем глаза я уловил движение рядом. Маленький Арэта тоже перебрался на веранду – и устроился рядом со мной, деловито сжимая в одном кулачке огрызок лепешки, а в другом – давешнюю куклу.

Вот, кстати, и проверим.

– Ты дашь мне свою куклу, Арэта?

– Берите!

Мальчик с готовностью протянул мне деревяшку, завернутую в грубую ткань. На миг я растерялся: не ожидал, что он так легко отдаст свое сокровище. При ближайшем рассмотрении это оказался кусок древесного корня, лишь отдаленно напоминающий человечка. Там, где у куклы предполагалась голова, были неумело выковыряны три углубления: глаза и рот.

Небось, сам Арэта и потрудился. Правый глаз получился больше левого. Во рту застряла сухая хлебная крошка.

Из одежды на куле была ветхая тряпочка.

Я покосился на мальчишку. Нет, он не следил за мной с нетерпением. Не ждал, приплясывая, когда же ему вернут вожделенную куклу. Каори вела себя иначе: «Вы принесли мою куклу?!»

И еще:

«Носилась с ней, под одежду прятала. Не тронь, не попроси – сразу в рев.»

– Ты сам ее сделал?

– Ага!

– Отлично получилось.

Ты не против, если я заберу твою куклу? Я хочу показать ее одному мудрому человеку. Он такими вещами очень интересуется. Я потом верну, не сомневайся!

– Да берите насовсем! – беззаботно махнул рукой Арэта, явно кому-то подражая. – Она все равно не ест. Я себе другую бабушку сделаю. Лучше!

– Спасибо. А тебе разве не жалко?

– Жалко, – Арэта насупился, потер кулачком замурзанную щеку. – Бабушку жалко. Холодная, не ест…

– Бабушку – это понятно.