Генерал без армии

Из леса на советской стороне ударила минометная батарея. Мины рвались с оглушительным треском, вражеские позиции заволокло дымом.

Немцы палили наобум, злобно перекликались. У них создалось впечатление, что советские войска готовятся к штурму. Рации у фрицев раскалились. Они спешно оттягивали с юга несколько взводов. Солдаты бежали по ходам сообщений, гремя амуницией, кляли проклятых русских, которым вечно не спится! Напор огня усилился, снова заговорила минометная батарея.

Несколько человек просочились через заброшенные позиции, проползли небольшое открытое пространство и растворились в глухом ельнике.

Свистопляска на севере стала стихать, но небо там по-прежнему озарялось вспышками. Разведчики по одному выбирались из оврага, бежали, пригнувшись, под защиту деревьев. Прошлогодняя листва шуршала под их ногами, сиплое дыхание рвалось наружу.

Шубин пересчитывал своих подчиненных по головам. Подбежали Глинский и Никита Костромин, сели рядом на корточки, вытянули шеи. Привалился к дереву лысоватый и жилистый Валентин Ситников из далекого Забайкалья, вечно бледный, с какими-то водянистыми глазами.

Язвительный, довольно угрюмый мужик с Тамбовщины Клим Шемякин, невысокий и коренастый, ворвался в лес, отбежал метров на десять и где-то там затих.

Представление, заказанное полковником Куприным, сработало. Немцы, напуганные грохотом, сконцентрировали внимание на месте демонстрации прорыва. Группе хватило несколько минут, чтобы просочиться сквозь их порядки на самом тонком участке. С советской стороны уже никто не стрелял.

Но вел прицельный огонь немецкий пулеметчик, выискивал легкие мишени среди отступающих красноармейцев.

Перебежал Ленька Пастухов.

Завадский пристроился рядом с командиром, стащил капюшон с вспотевшей головы, отдышался и проговорил:

– Пробились, товарищ старший лейтенант. Вот только много ребят фрицы положили. Представляете, они жизни отдали лишь за то, чтобы мы без копоти и пыли к немцам просочились.

Остальные удрученно молчали. Солдатская жизнь на этой войне ничего не стоила.

Восток Ленинградской области был обильно полит солдатской кровью. Потери роли не играли. Страна большая, бабы еще нарожают. Имела значение лишь территория, отбитая у врага. Мысль о том, что каждая жизнь является наивысшей ценностью, головы наших военачальников не посещала.

Прыжками несся красноармеец Бердыш, парень с Южного Урала, мастер по бегу на длинные дистанции. Именно это обстоятельство и заставило Шубина взять его к себе.