Имитация

Ровно до того момента моей жизни, на котором я теперь хочу остановиться.

II

Тот вечер был из тех, которые я ценил более всего, и даже сейчас воспоминания навевают мне то приятное настроение, даже несмотря на мое теперешнее положение. Достаточно светлый и звездный, с ярким месяцем на небе, он был тем не менее тих и спокоен, что заставляло чувствовать умиротворение где-то в давно забытых закромах моей души. Для меня это редкость. Я припарковал свою «Волгу», черную и подгнившую, что досталась мне как служебная, напротив дома очередного должника, немного опустил окно, чтобы ловить своей кожей свежий, прохладный ветер, несший с собой последние моросящие дожди, и, слушая болтовню Кирилла, стал ждать.

Улица была маленькой и уютной, но, что самое важное, практически полностью безлюдной. Это был какой-то район, в котором покупали квартиры мажоры, богатые генеральские сыночки и прочее моральное отребье. Кроме нас здесь была разве что пара бомжей, устроивших себе лежанку в переулке.

Не знаю, как быстро, но в какой-то момент, по своему обыкновению, я совершенно выключился из разговора, а точнее монолога Кирилла, и думал уже о чем-то своем, отстраненном. О чем думал я тогда, наверное, уже не вспомню. После смерти, особенно спустя те двадцать с лишним лет, что мне посчастливилось состоять у Него на службе, я стал думать чаще обыкновенного. Словно что-то внутри меня то ли сломалось, то ли наоборот починилось. Я будто обрел способность к рефлексии, мне стало не все равно.

Или мне лишь так кажется теперь. Однако, пусть и временами редкими, мимолетными, мне все же удавалось уловить этот тонкий, словно нить, бриз, нежное дуновение простых человеческих чувств. Ко мне начинало приходить осознание того, что я ценю более всего тишину и покой, в которох могу спокойно размышлять. И меня от этого тошнит.

– …Саня! Эй! – продралось вдруг сквозь пелену раздумий, а после послышались щелчки пальцев перед лицом.

 – Как слышно? Ты там уснул, нет?

– Какого… лешего случилось? – спросил я в смятении, все-таки поняв, что это был голос Кирилла. – Он идет?

– Я жрать хочу, говорю.

– Так на, возьми, – я поднял с приборной панели и протянул ему кусок своей шаурмы, на что он лишь недовольно и с недоумением вытаращил свои красные глаза.

– Может ты забыл, но я бес, Сань. Я не ем эту дрянь.

– А от меня ты чего хочешь?

Тут он задумался. Так иногда бывало.