Кот ушел, а улыбка осталась

– Значит, размер он угадал, – Морис извлек из целлофанового пакета пару носков.

– Кто – он? – спросил Резо.

– Вор.

– Поймали? – спросил я.

– Нет. Побеседовали. Саша сказал, что у тебя вчера еще что-то украли.

– Часы. «Патек Филипп», – сказал Резо.

– Эти? – Морис извлек из кармана золотые часы.

– Эти! – сказал Резо.

– Ну, держи. На руке носи! – отдал мне часы.

– А где ты их взял?

– Саша рассказал мне, я рассказал деловым людям, деловые люди нашли вора, вор сказал: «Вай, вай, вай, я не знал, что это ваш друг!» А носок не отдал, этот чатлах мамой клянется, что выкинул! Пришлось покупать.

С тебя 2 шекеля, Николаич.

– Подожди, а это, случайно, не китайская реплика? Для меня это очень важно!

– Нет, стопроцентно фирменные. Мы проверяли.

– Тогда возьми, – Резо протянул ему два шекеля.

– Пешкеш! Подарок! – Морис денег не взял.

Когда Морис ушел, Резо сказал:

– Я уверен, что ребята скинулись и купили эти часы.

– Нет, Резо, давай считать, что вор сказал: «Вай, вай, вай…»

До конца поездки я хранил часы в сейфе, а в Москве сразу же вернул их Бондарчуку.

Вода из Иордана

В Назарете на улице с сувенирными лавками я купил для Юры Роста крестик, камушек и пробирку с водой из Иордана.

– Хотите везти в Союз? – спросил Саша Кляйн.

– Хочу.

– Отнимут на границе.

– Почему?

– Религиозная пропаганда.

– Крестик на себя надену. Камушек – просто камушек. А вода – просто вода.

– Не пройдет, Георгий Николаевич, на ней написано, что это вода из Иордана.

– Сниму этикетку.

– А вас спросят: а это за жидкость?

– Скажу, вода.

– Они спросят, зачем вы везете воду?

– Скажу, что в Израиле нет воды, поэтому она ценится.

– Но вы же не в Израиль ее везете!

Саша Кляйн, президент Израиля Хаим Герцог, Резо Габриадзе и я

– Слушай, отстань…

Когда мы улетали из Израиля, на таможне в аэропорту нас долго расспрашивали, что мы везем и нет ли у нас в багаже чужих вещей. А когда прошли пограничный контроль, там оказалось немало наших новых знакомых, грузинских евреев, которые хотели передать с нами посылки родным (в основном видеокассеты со свадьбами и бар-мицвами).

Отказать было неудобно. (Как они прошли сквозь кордоны, до сих пор не знаю.) Кроме их посылок я и сам вез много материалов: книги, журналы, видеокассеты. В Москве на таможню прислали письмо от директора «Мосфильма», что я везу материалы для работы над фильмом и киностудия просит их пропустить.