Звездное небо Даркана

Какие-то неясные переплетения возможных событий за туманной завесой пророчества. Я, как и ты, не понимаю, о чем оно, и вижу лишь то, что с одним из прислужников Беловолосого ты столкнешься где-то неподалеку от Вайдарры. – Ахриман подошел к одному из шкафов и взял с полки свернутый в трубочку свиток. – Проклятье с твоего княжества спадет ровно через год после захвата Крейда, у Сайтора возьмешь два амулета Тираса для вывода своих людей. – Владыка развернул свиток, положил его на стол и перевел на меня взгляд.

– В Сатлу тебе придется идти самому, – у нас с Барсами мир, и сейчас не лучшее время его нарушать. И вот, – Владыка расправил плечи и поднял руки с растопыренными пальцами над свитком, который, противореча всем законам физики, даже и не думал сгибаться. В комнате ощутимо повеяло магией, раздался оглушительный треск, и спустя мгновение на столешнице лежал уже снова свернутый в трубочку свиток, по ободу которого бегали маленькие алые искорки.

– Я могу использовать это заклинание сколько угодно, но в свиток могу запечатать только единожды, а это, – рядом со свитком на столе появилась мензурка с белой, похожей на молоко жидкостью, – это я не успел использовать там, в Фертанской долине.

 – Ахриман вздохнул и перевел на меня взгляд. – Возьми, может быть, это пригодится тебе…

* * *

Прикосновение чего-то мягкого к щеке, волна воздуха, и… опустившаяся мне на плечо ворона вернула меня в реальность. Хотя, может быть, и не ворона – в птицах я разбираюсь примерно так же, как и в грибах.

То есть в лес с лукошком меня лучше не отправлять в принципе. Во избежание, так сказать, неприятных последствий. К тому же вороны, если мне не изменяет память, наполовину серые, а сидящая у меня на плече птица была черно-угольного цвета. Да и покрупнее она московских ворон раза так в полтора-два.

– Осторожно, дар! Это не простая птица! – прокричала из-за спины Ваесса.

Ага. А то я, блин, кретин. Каждый день мне птицы на плечи садятся. Я успокаивающе махнул левой рукой и, скосив взгляд, постарался рассмотреть незваную гостью.

Получилось хреново. Все-таки головой на сто восемьдесят градусов вертеть я пока не научился. Впрочем, птица спустя мгновение спрыгнула на загривок Мрака, распахнула крылья, пару раз переступила лапами и, устроившись наконец поудобнее, склонила набок голову, посмотрев на меня черными бусинами глаз.

– Ну и чего ты хочешь? – спросил у нее я, не очень, впрочем, рассчитывая на ответ.