Последняя надежда Антрумы

Спустя пару минут ребята присоединились ко мне, и весь оставшийся вечер мы просто сидели и разговаривали.

Вернее, говорил в основном я. Рассказывал о Земле и новогодних традициях. В какой-то момент задумался и вдруг понял, что за столом остались только мы с Райнеком. Елка по-прежнему переливалась сотнями магических огоньков, в воздухе все так же витали запахи корицы и миндаля, вот только ощущение волшебства куда-то пропало. Де-жа-вю… Дед всегда уходил спать сразу после встречи Нового года, оставляя меня с ёлкой, подарками и компьютером.

– Желание-то загадал? – поинтересовался я, переведя взгляд на притихшего Райнека.

От звука голоса некромант вздрогнул, посмотрел на меня и поморщился, пытаясь сообразить, что от него хотят. Парень часто уходил в себя, контролируя собак, и, «выныривая», не сразу понимал, где находится. Впрочем, происходило с ним такое только на стоянках и на боевых качествах отряда не отражалось никак.

– Желание, говорю, загадал? – повторил я вопрос, когда Райнек «вернулся» окончательно.

– Да, – покивал парень и машинально коснулся запястья. – Я хочу, чтобы мы остались живы, когда все закончится.

Хм-м… Интересно… Я скосил взгляд на часы, снова посмотрел на Райнека и на всякий случай спросил:

– Может быть, хочешь поговорить?

– Нет, Крис, не хочу, – покачал головой некромант, – я сам постараюсь разобраться со своими проблемами.

– Добро, – кивнул я и, поднявшись из-за стола, отправился к ведущей наверх лестнице.

Времени уже – час, а мне ещё душ принимать и таланты раскладывать.

Вы находитесь в личной комнате…

Привычно отмахнувшись от системного сообщения, я прошёл к окну и так же привычно его открыл. Дверь закрывать не стал – нет смысла, но с закрытым окном уснуть не получится. Пробовал как-то, ага…

Луны видно не было, но небо над пустошью усеивали мириады ярких звёзд, и в их свете на горизонте отчетливо проступали изломанные силуэты гор.

Тишина… Лишь слышно жужжание насекомых и стрекот ночных цикад.

Вдоволь надышавшись, я включил кофемашину и пару минут простоял перед фотографией деда, мысленно рассказывая ему о своих приключениях. Затем быстро принял душ, забрал приготовленный кофе, отнес его на стол и, вернувшись к хранилищу, вытащил книгу.

С потрескавшейся обложки все так же скалился знакомый череп, увенчанный трехзубой короной. М-да… Сейчас ее даже не нужно читать… И ведь года не прошло…

Я вздохнул и провел ладонью по шершавой обложке.