Дело о секте скопцов. Часть II. Наказание. Исторический детектив

 – Как обычно, поесть хотел да отдохнуть душой! А может, и телом!

– У нас любые желания исполняются, только пусть барин определится с мнением.

Евграф глуповато и пошловато рассмеялся и продолжил: «Да дыра у вас, наверное, как и всё в этой Туле! Я вот из Москвы приехал три дня назад, ещё ни одной ресторации приличной не видел. Публика тёмная, поговорить не с кем! В меню одни пряники! Музыки нет! Так что ли, у вас здесь?»

– Как угодно-с, но у нас не так-с! Мы стараемся в грязь лицом не упасть. Публика у нас хорошая! Граф французский у нас даже бывает, из Европы прибыл.

По коммерческой части. С ним многие наши тульские отцы города и известные граждане бывают-с.

– Граф французский? Бредишь небось или брешешь. Откуда ему здесь взяться в этой дыре? Врёшь, сказочник? Отвечай, коровья шкура! – нагло спросил сыщик.

– Правду вам говорю! Истинную правду! Уже как три дня здесь обедает и ужинает!

– А что у вас в меню, караси из Упы? – уточнил Евграф.

– Караси из Упы? Ну вы скажете, барин! – засмеялся метрдотель, желая польстить гостю.

 – Нет, не держим-с. Мы же не трактирщики с Орловского тракта. Меню хорошее, достойное. Двенадцать блюд, повар хороший.

– А с музыкой что? Небось на армейских барабанах играете?

– Опять шутите, барин? Музыку играет скрипач-с. Цыгане имеются. Сегодня гастролёрша – певичка Анжела из Москвы, будет петь и публику развлекать со своим кавалером Альфонсом. Романсы и простые песни от народа представит. Хоры бывают. Как душа прикажет-с аль развернётся, – подобострастно ответил метрдотель.

– Что за Альфонс такой? Известный? – уточнил сыщик.

– Так себе. Сущая обезьяна, а Анжела – красавица, вам понравится. Голос милый, красивый. Предлагаю поближе к сцене присесть, рядом с французским графом. Граф каждый вечер у нас кушать изволит-с. Вот посмотрите наши порядки и будете довольны-с!

– Ну смотри, пройдоха! Если что, будешь должен. Надеру уши! – весело заявил сыщик.

Метрдотель очень старался угодить, это было видно из того большого количества «-с», которое он употреблял в обращении.

Такая «приклеенная» к словосочетаниям буква означала слово «сударь» и показывала степень уважения к собеседнику. Евграф демонстративно нехотя согласился и сел за один из столиков с идеально белой скатертью в почти пустой ресторации.

– Эй, человек, подойди! Да быстрее, увалень тульский. Ходишь как самовар, нарастопырку, – крикнул сыщик, продолжая играть избалованного столичного гостя.