Происшествие на Большой Покровской, или Найдите бабушку

– Здравствуйте, дорогой Михаил Иванович, рада вас видеть! Я вас уже очень и очень жду! Нет, нет, Михаил Иванович, Вы не опоздали, просто у нас ожидается прибытие подающих надежды клиентов, которые, возможно, смогут выдать вам первую часть зарплаты за этот месяц. У меня все на самоокупаемости, каждый зарабатывает для себя и немного в клювике для меня, это и есть настоящий бизнес. Мне без вас никак нельзя начинать первое криминальное дело, а с вашим опытом мы живо распутаем этот клубок загадок, – заявила Евгения Фёдоровна, развалившись в проёме двери, внимательно оценивая внешний вид своего старшего сыщика-детектива, оглядывая его снизу вверх.

– Здравствуйте, Евгения Фёдоровна, и я рад вас видеть. Какой клубок загадок? – уточнил Груздь.

– Пока не знаю, клиентов ещё не было. Но они просто летят к нам. Так что, Михаил Иванович, готовьте карманы для денег. На всякий случай проклейте скотчем, а то вдруг лопнут, – весело засмеялась мадам Волнушкина, не меняя позы.

К удивлению Михаила Ивановича, за спиной Евгении Фёдоровны появилось ещё одно женское лицо, и тоже с сигаретой в зубах.

Эта неизвестная дама вытянула длинную красивую шею, которой могла бы позавидовать самая модная женщина племени падаунг, и через плечо Волнушкиной приступила к визуальному осмотру Михаила Ивановича.[5 - Падаунг – народ, проживающий в Мьянме. Женщины этого народа искусственно вытягивают шеи для достижения красоты и гармонии тела.

Её взгляд не отличался скромностью.

Видя явное недоумение и стеснение своего старшего сыщика-детектива по поводу появления неизвестной женской физиономии, директор агентства пояснила: «Моя подруга Маша, случайно заехала по пути, по делам. Богата и благородна, как Третьяковская галерея».

В это время на лице мадам Волнушкиной, по наблюдению Михаила Ивановича, отобразилось недвусмысленное выражение, раскрывающее правду о намерениях. Этот взгляд, частично закрытый завесой дыма от дорогого табака, говорил Михаилу Ивановичу Груздю, что его рассматривают как принадлежность к данному офису, а может, и к будущей личной жизни Евгении Фёдоровны.

Только чем всё это могло закончиться в дальнейшем, было совсем не ясно.

Конечно, с одной стороны смотрины импонировали Михаилу Ивановичу, а с другой стороны – не на шутку оскорбляли. Всё-таки он же был не на аттестационной или кадровой комиссии.