Дело о секте скопцов

– Спасибо, барин! Спасли сироту! Господь вам поможет! Дай Бог здоровья! Вы благородный! Не то, что некоторые, у нас за такую босоту, как я, никто и не заступится! Спасибо вам, барин! Спасли сироту! Спасибо вам, барин! Спасли сироту! Господь вам поможет…

Евграф понял, что если парня сейчас не остановит, тот и дальше будет повторять одно и то же. До тех пор, пока не поймет, что хватка ослабла. Поняв это, тотчас попытается улизнуть. Этот хитрый ход молодых воришек известен давно, его использовала вся малолетняя босота России.

Паренька было жаль. Хотелось помочь мальчонке отойти от тёмного дела! Да и глаза и уши всегда нужны в сыскном деле! Но Евграф знал, что никакие разговоры и убеждения не помогут, подзаборная улица уже создала определённые манеры поведения и мышления у паренька. В этом случае можно привлечь его только уважением к нему, деньгами и собственным примером.

– Стой! Хватит болтать. Слушай внимательно. То, что ты – мелкий воришка, мне объяснять не нужно, я сам из полиции, не проведёшь! Но обойдёмся без городового.

Предлагаю тебе честный договор и работу. Сейчас я тебя отпускаю, но ты не сбегаешь, будем честно договариваться о наших делах. Согласен? – заявил сыщик, аккуратно встряхнув паренька за ворот рубахи.

– Согласен, барин, – заявил парень.

После этих слов Евграф отпустил ворот рубахи. Мальчишка сразу отошёл на два шага, но сбегать не стал, остановился, держа своё слово. Внимательно оглядел случайного защитника.

– Говори, барин, какой такой может у нас с тобой быть договор? Как между курицей и лисой? Тыж из лягавых.

А я честный шкет! Не верю я тебе! Чем ближе к барину, тем ближе к плетям!

– Это ты молодец, про барина правильно подметил, – засмеялся Евграф. – Я тебе хочу вольную работу предложить! Помощник мне нужен, я по делам здесь! Мне глаза нужны за тем, на кого я укажу. Может, записку кому отправить незаметно для чужих глаз. Будешь исправно дело делать, я оплатой не обижу.

– Я тебя, барин, понял! Бархатный ты весь, а жальце у тебя есть! Тебе, баре, агент нужен, только каждая собака в своей шерсти ходит.

Мне своих сдавать негоже! Мне потом уши отрежут и холодец из них сделают, – с этими словами паренёк отошёл ещё на один шаг от Евграфа.

– Ладно, дело твоё! Только я тебя за товарищами агентить не прошу. Я в этот раз не по этому делу, мне надо за благородными присмотреть, а благородные тебе не друзья. Твои вокзальные подмастерья мне не нужны, их всякий городовой на вокзале знает. Я по другим делам, поважнее.