Корректировщик. Где мы – там победа!

В прошлый раз и сил у немцев было не так уж и много, и танков было с гулькин нос. Просто у наших всего этого оказалось еще меньше. А сейчас мы только за две отбитые атаки сожгли пятерых, да «сорокапятка» еще троих как минимум. И я все время думаю, что же изменилось. Вот и сказанул не вовремя.

Капитан перестал изучать мою физиономию.

– Артеменко!

Из ниоткуда возник юркий мужичок с казацкими усами и в пилотке поперек головы. Каску он держал в руках, видимо, или только что снял, или, наоборот, не успел надеть.

На плече болтается редкий в морской пехоте «ППШ».

– Здесь, товарищ капитан.

– Передай Петрову, пусть погрузит пять ящиков бронебойных на танк.

– Есть.

И ординарец исчез, как не было. Капитан обернулся ко мне:

– Еще что-нибудь, товарищ сержант?

– Никак нет, товарищ капитан.

В ожидании снарядов офицер продолжил меня рассматривать. Теперь его внимание привлекли немецкие подсумки для магазинов.

– Откуда? – Капитан указал на мои трофеи.

– Тут на территории нашел уничтоженную кем-то группу немецких саперов.

Вот у их унтера и забрал оружие. А то к моему «ППС» только три магазина было.

– И где теперь ваш автомат?

– У меня. – Лейтенант приподнял висящее на плече оружие.

Капитан снова прищурился:

– Насколько я помню, устав запрещает просто так передавать личное оружие другим лицам.

– Так точно, товарищ капитан, запрещает. Но мое личное оружие на дне, а этим «ППС» моряки поделились.

– Тонул?

– Дважды, товарищ капитан.

– Это как?

– Сначала выкинуло за борт взрывом, наверное, я не помню.

Только вытащили, снаряд попал в катер, снова тонули. Из всего десанта и команды выжили пять человек. Я, вот в танке сержант Павленко и трое в казино остались.

– Понятно. У остального экипажа как с оружием?

– СКСы.

– Пистолеты есть?

– Нет.

Офицер покачал головой:

– Артеменко!

Юркий ординарец снова появился, как чертик из табакерки. Вот же фокусник. Следом за ним потянулись солдаты с ящиками. Они закидывали их на броню, потом двое запрыгнули туда же и начали открывать ящики и доставать снаряды.

Палыч, голова которого торчала из люка во время всего разговора, начал их принимать. А капитан допрашивал своего «казачка»:

– Остап, у тебя в вещмешке сколько пистолетов?

– Товарищ капитан! – В голосе солдата сквозила неподдельная обида. Но Горлов, видно, к этому давно привык.

– Так сколько, Артеменко?

– Ну, три. Коровинский «АПК», потом «ТТ» и тот немецкий, как его, во… флюгер.