Корректировщик. Блицкрига не будет!

Мы шли по коридорам, заглядывали в комнаты, здоровались, слушали восторженные объяснения и шли дальше. После первых же моих вопросов о размерах комнат и их количестве Серёжа всё понял и молчал. Ему было тяжелее, он ведь и сам был таким пацаном, в детстве. В моё время занятия в кружках ДОСААФ такого воодушевления уже не вызывали. Так мы дошли до зала, где сидели несколько девушек в возрасте от 13 до 20 лет. Они что-то шили.

Наш провожатый стал объяснять про обшивку для нового планера. На его голос одна из девушек постарше обернулась.

Моё сердце стукнуло и остановилось. Что-то, видно, было у меня на лице, так как девушка смущенно улыбнулась, и моё сердце рухнуло в желудок. Она не была копией Галины. Волосы тёмно-каштановые, а не русые. Лицо более тонкое. Глаза зелёно-карие, а не голубые. Но сочетание – меня просто в дрожь бросило, до чего похожа. И эта улыбка. Улыбка Софии Ротару, от которой у меня всегда перехватывало дыхание.

– Здравствуйте, товарищи командиры.

Она говорила с лёгким акцентом.

И очень знакомым акцентом…

– Бонжур, мадемуазель. Же нё мё тромпэ па? Парле ву франсэ?

– Уи, ву завэ бьен лю. Жесви франсез.

Поскольку остальные хлопали глазами, мы снова перешли на родной всем русский.

– Вы прекрасно говорите по-русски. Давно живёте в нашей стране?

– Почти четыре года. Родители были в Испании. Отец погиб, а маме удалось вывезти меня сюда. А где вы учились французскому?

– В основном дома. Соседка учила, учительница французского языка. Я его с детства люблю, певучий язык, почти как украинский.

Разрешите представиться. Майор Доценко. Георгий Валентинович. А это мой друг и сослуживец Голубев Сергей Михайлович. Рады знакомству.

– Натали. Наталья Габриэлевна Лефёвр. Я тоже рада.

– Что же. Не будем вам мешать.

Через пять минут мы уже катили назад в гарнизон. Минут через десять Серёга ткнул меня в бок.

– Слышь, майор, это что было? Мы тут по делу, а не девушек охмурять.

– Да ладно, Серёга, какое охмурять. Просто похожа на одну знакомую.

Ну, из той жизни. Вот и ошалел слегка. Лучше скажи, идею понял?

– Понял, понял. Хочешь у детей клуб отобрать. И как тебя эта красавица потом встретит?

– Козёл ты, хоть и капитан. Молчи лучше, мне нужно подготовиться к очень серьёзному разговору.

– Молчу.

До штаба гарнизона мы доехали молча. Так же молча мы прошли через проходную, поднялись в приёмную и, не глядя на вскочившего адъютанта, вошли в кабинет. Начальник гарнизона отдыхали.